Мраморное сердце ЧАСТЬ II (главы 11-20)

Автор: Татьяна Маркинова

Глава 11
Освобождение пленных
Никто не может быть совершенно свободен, пока все не свободны.
ГЕРБЕРТ СПЕНСЕР

Долго сидеть на одном месте и ждать Капуша с Мань-Тунь-Панем Таммина и Белый Единорог не могли. Они решили облететь пирамиду со всех сторон и посмотреть, что за ней.
Как выяснилось, пирамида стояла в центре Забытой пустыни. Друзья летели высоко и видели, что внизу кое-где из сухой потрескавшейся земли росли низенькие кустики с желтыми цветочками. Из маленьких почти незаметных норок то там, то тут выглядывали Весфики — крошечные существа похожие на ящериц. Их длинные тела покрывала мелкая чешуя серебристого цвета, а на конце хвостика болталась кисточка из рыжего меха. На их мордочках было по десять глаз, которые они то и дело вытаращивали. То один глаз выдвигался вперед и широко открывался, то другой. Вот и сейчас они с любопытством посматривали на белого коня и его наездницу. Таммина тоже смотрела на этих странных существ и думала: «С такими в гляделки не поиграешь».
Облетев вокруг, они не заметили ничего, что бы напоминало вход. Но опускать руки было нельзя. Друзья решили отдохнуть немного и после еще раз обследовать территорию. Неожиданно над их головами пролетела черная птица Чжаки и как будто растворилась в одной из стен пирамиды. Белый Единорог и Таммина осторожно последовали за ней.
— Посмотри, один из камней отодвигается, открывая проход, и через минуту становится на место, — удивилась девушка. — Почему мы его не заметили раньше?
— Потому что он открывается гораздо реже или по какому-то секретному слову, — ответил конь.
Немного посовещавшись, договорились, что с наступлением темноты, Таммина спрячется неподалеку от входа и посмотрит, как и почему отодвигается камень.
Вечером девушка сняла с себя белый плащ, сапожки, распустила волосы и пешком поднялась до входа. Белый Единорог остался внизу.
Долго ждать не пришлось. Уже минут через десять вылетела одна из птиц. Она поднялась высоко в небо и, осмотрев местность, вновь прилетела к пирамиде. Видно, это был дозорный.
Подлетая, птица едва коснулась камня крылом, и тот с шумом начал отодвигаться в сторону. Когда Чжаки пролетела, Таммина проскользнула следом за ней. Камень тут же начал двигаться в обратном направлении. И уже через минуту выход оказался плотно закрытым.
«Ничего. Как-нибудь выберемся», — подумала девушка и побежала по узкому коридору. Она почти ничего не видела под ногами, потому что было темно. Издалека раздавался еле слышный стук. Будто кто-то стучал по камням. Птиц Чжаки не наблюдалось. Та, за которой спешила Таммина, давно скрылась за углом. Коридор, где остановилась на секунду девушка, разделился на два. Она поспешила в тот, куда улетела черная птица. Быстро продвигаясь вперед, она думала лишь об одном, как не столкнуться с дозорными.
Скоро послышался крик черных птиц. Они дали команду кому-то расходиться. Стук камней стих. Таммина, осторожно ступая, боясь наделать шума, пошла дальше.
Через минут пять девушка оказалась в огромной пещере. В темноте она могла лишь разглядеть наверху огромную дыру, сквозь которую сейчас светила голубая луна. Возле отверстия сидели три черных птицы. Глаза их были закрыты. Таммина пошла дальше, и тут она столкнулась с Капушем и Мань-Тунь-Панем.
— Ты что тут делаешь? — удивились котенок и мальчик.
— Я пришла помочь вам, — прошептала девушка.
— Как ты сюда попала? — спросил ее Капуш.
— Там есть другой вход, — Таммина показала на узкий туннель, что не отличался от других нор в этой пещере. И если бы Капуш и Мань-Тунь-Пань не видели, что их подруга пришла именно оттуда, они бы подумали, что это одна из нор, в которых живут пленники.
Котенок и мальчик рассказали Таммине, что пока птицы Чжаки спят, они собираются поговорить с пленниками и всех освободить.
— Не забудьте, что мне еще нужно найти хрустальный цветок, — напомнила девушка.
— Ты представляешь, здесь моя мама! — сообщил дрожащим от счастья голоском Мань-Тунь-Пань.
— Она жива! Это же замечательно! — обрадовалась Таммина за друга. — Без твоей мамы нам отсюда уходить нельзя.
Капуш рассказал ей, что в норах спят пленные. Они зачем-то целыми днями дробят камни.
— Если птицы Чжаки — создания колдуна Крахмора, то они это делают по его велению. Только для чего? — задумалась девушка. — Что ж, это мы выясним позже. Сейчас давайте займемся освобождением пленных и поиском цветка.
Капуш и малыш побежали к норе, куда ушла мама Мань-Тунь-Паня. Таммина спряталась за тем самым камнем, где до этого сидели ее друзья. Когда котенок и мальчик бесшумно вошли в маленькую пещерку, пленница уже спала. Она лежала прямо на каменном полу. Малыш наклонился над ней и прошептал:
— Мама.
Маленькая женщина открыла глаза и испуганно посмотрела на гостей. Взгляд ее остановился на Мань-Тунь-Пане.
— Сыночек! Я всегда знала, что ты придешь и спасешь меня, — давясь слезами, прошептала Флайва-Тунь-Пань. Мать и сын обнялись. Капуш вытирал слезинки и думал в этот момент о своей маме. Он ведь ее вообще никогда не видел.
После Капуш и Мань-Тунь-Пань со своей мамой осторожно прошли к Таммине.
— Я предлагаю такой план. Мань-Тунь-Пань и его мама возвращаются к дирижаблю и покидают пирамиду. Находят Белого Единорога и просят его подняться к вершине пирамиды. Его увидят птицы Чжаки и погонятся за ним. Когда караула не будет, я и Капуш выведем всех пленных по тому тоннелю, через который пришла я. Правда, вы говорили, что здесь есть великан. Ему не пройти, разве что ползком, — сказала Таммина. — Но прежде мне еще нужно найти хрустальный цветок. Без него я не уйду.
— Хрустальный цветок? — перебила ее Флайва-Тунь-Пань. — Я знаю, где он. Недавно одна из птиц принесла его в клюве и спрятала вон в той норе. Там есть неглубокий колодец. В него-то и положила птица цветок. Но достать его сложно, потому что завален колодец огромным камнем.
— Хорошо. Спасибо. Я и Капуш прямо сейчас отправляемся за цветком, а вы торопитесь к Белому Единорогу. Думаю, пока вы долетите до него, мы достанем подарок чистюль, а после, когда увидим, что птицы Чжаки погнались за Единорогом, выпустим пленных и покинем пирамиду, — сказала девушка.
— Отличный план! Итак, действуем, — подпрыгнул Мань-Тунь-Пань. Затем взял свою маму за руку, чтобы она уж точно больше никуда не делась, и они побежали к дирижаблю.
Таммина и Капуш осторожно направились к норе, которую указала им Флайва-Тунь-Пань. Сделав несколько шагов, они услышали крики черных птиц Чжаки. В темноте их не было видно, но их острые стрелы падали где-то рядом.
— Бежим, — скомандовал Капуш.
За считанные секунды они очутились в норе. Крики птиц затихли, и скоро они вновь уснули.
В норе, в которой оказались Таммина и Капуш, было светлее, чем в самой пещере. Оглядевшись, они увидели, что из стен торчат крупные алмазы. Именно драгоценные камни излучали мягкий серебристый свет. В норе пахло пылью и еще чем-то горелым. С потолка время от времени сыпались песчинки. В самом центре стоял огромный, правильной квадратной формы, камень сине-голубого цвета.
— Так. Нужно его отодвинуть, — сказала Таммина и принялась толкать тяжелый камень. Но не тут-то было. Тот мертво стоял на одном месте.
— Наивно полагать, что ты справишься без меня, — усмехнулся Капуш.
— Ага. Ты же такой силач. Куда уж мне, — хихикнула девушка.
— А вот зря смеешься, — Капуш сделал вид, что обиделся.
— Ладно. Ладно. Уверена, ты не собираешься его двигать. Ты, наверняка, придумал что-то получше, — потрепала котенка за ухо девушка.
— Это точно. Предлагаю позвать великана. Уж он-то точно с ним справится, — уперся лапками в свои бока Капуш.
— Отличная идея. Только вот как мы его сюда приведем? Птицы Чжаки сразу заметят движение, — поджала губы Таммина.
— Я уговорю его не шуметь, — подмигнул ей котенок.
— Даже если он проберется сюда так же тихо, как ты, его размеры не уменьшишь, — покачала головой девушка.
— Ага. Согласен. Но другого выхода нет. Или ты придумала что-то свое? — спросил ее Капуш.
— Нет. Зови великана, — кивнула Таммина.
Котенок тут же поспешил из норы. На своих пушистых мягких лапках он пробирался бесшумно. Кроме того его глаза отлично видели в темноте. Он быстро нашел нору великана. Громила лежал на спине и тихо похрапывал. Грудь его от дыхания вздымалась словно гора.
По его лохматым волосам Капуш забрался до уха великана и прошептал:
— Просыпайся, пожалуйста. Это я, Капуш, пришел.
Великан открыл один глаз и посмотрел по сторонам. Капуша он, конечно, не увидел.
— Кто здесь? — шепотом произнес он.
— Капуш. Я же сказал. Поднимайся. Нам нужно отодвинуть огромный камень. Это под силу только тебе, — ласково промурлыкал ему на ухо котенок.
Великан решил, что это все ему просто снится. Он подумал: «Какой замечательный сон. Давненько я никому не помогал. Каждый день только дроблю и дроблю. Надоело одно и то же. Хоть во сне случаются приключения. Вот здорово!»
— Я согласен. Где этот камень? — прошептал он.
— В соседней норе. Только ты будь осторожен. Нам совсем не нужно тревожить птиц Чжаки, — промурлыкал Капуш.
«Надо же, — подумал великан. — И во сне эти ужасные птицы. Видно, никуда от них не денешься».
Громила перевернулся на живот. Капуш при этом, вцепившись в его волоса, проделал сложный пируэт. Великан ползком направился к той норе, куда нашептывал ему тихий ласковый голос. Он до сих пор не видел Капуша и считал, что с ним говорит невидимый эльф.
До Таммины они добрались быстро и при этом не потревожили птиц Чжаки. Великан на удивление оказался гибким и аккуратным. Ни одного камешка по дороге не зацепил. «Надо же, — продолжал размышлять громила, — Когда я не сплю, я такой неуклюжий, а тут я так легко двигаюсь. Эх, если бы всегда так». Они остановились перед входом в нору, где их ждала девушка. Великан не мог пролезть внутрь, поэтому просунул туда только голову.
— Мы уже здесь, — прошептал Капуш.
Таммина обернулась. Перед собой она увидела большое лицо. Великан хлопал круглыми серыми глазами и зачем-то причмокивал, как это делают обычно во сне. Рыжие спутанные волосы были ему до плеч. А грубые льняные рубашка и шаровары чернели от каменной пыли. Великан выглядел уставшим и худым. Видно, с питанием здесь было туго.
— Этот камень нужно отодвинуть? — кивнул громила в сторону сине-голубого камня.
— Ага. Его, — ответила Таммина.
Голова великана исчезла. После в пещеру просунулась рука и осторожно подтянула камень к выходу.
— Ух, ты! Спасибо тебе большое… — тут Таммина замялась, потому что имени великана не знала, а называть его великаном, наверное, было как-то не совсем уж вежливо. — Как тебя зовут?
— Родригес, — заулыбался тот и, смущаясь, начал приглаживать волосы. Тут-то он и нащупал Капуша, который сидел на его голове, словно на троне.
Великан кончиками пальцев снял котенка и, вытаращив глаза, уставился на него.
— Меня зовут Капуш, — подмигнул ему котенок.
— Это ты мне говорил, что делать и куда ползти? — шепотом спросил его Родригес.
— Я, — промурлыкал котенок. — Поставь меня, пожалуйста, на землю.
Великан опустил Капуша.
— Так это не сон? Вы настоящие? — открыл рот Родригес.
— Да. Мы пришли за хрустальным цветком, что у меня украла птица Чжаки, — улыбнулась Таммина.
— И вас хотим освободить, — вылизывая лапки, добавил Капуш.
Великан потер глаза и замолчал.
Таммина и Капуш наклонились над колодцем. Он был всего с метр глубиной. На его дне лежал хрустальный цветок. Девушка тут же вытащила его.
— Там есть что-то еще, — проговорил Капуш, внимательно рассматривая дно колодца.
Таммина наклонилась. Действительно, на дне лежала стрела. Точь-в-точь, как у птиц Чжаки.
— Зачем она здесь? — задумчиво произнесла Таммина.
— Если здесь спрятана, значит, не простая стрела, — прошептал Капуш. — Давай ее возьмем с собой.
— Ты что? Воровать? — испугалась девушка.
— Нужно взять, — настойчиво произнес котенок. — Не зря она тут лежит. Да еще и с хрустальным цветком.
Он спрыгнул в колодец и подал стрелу девушке. Та нерешительно взяла ее. После подняла и Капуша. Вместе они стали рассматривать находку. Ничего необычного в ней не было. Стрела, как и другие, была черного цвета, на конце ее торчали два черных пера, но таких жестких, словно из проволоки. Наконечник был иссиня-черным из настоящего металла.
Когда Таммина прикоснулась к наконечнику, то почувствовала, что он горячий.
— Жжет, — отдернула она руку.
В одно мгновение черный наконечник нагрелся настолько, что стал почти красным. От него потянуло той самой гарью, которой изначально пахло в норе.
— Ого! Она полыхает, — удивленно прошептал Капуш.
Таммина, держа в левой руке стрелу, в правую взяла хрустальный цветок. Приблизив его к стреле, девушка заметила, что наконечник остывает. Стоило же цветок удалить, как стрела опять нагревалась, а запах гари становился таким тяжелым, что перехватывало дыхание.
Когда девушка приблизила хрустальный цветок к стреле настолько, что он коснулся наконечника, лепестки его зашевелились и полностью облепили красный полыхающий треугольник.
Мраморное сердце Нкапхиона, что висело в кулоне на шее девушки, неожиданно вспыхнуло красным светом и тут же погасло. Таммина даже вздрогнула.
— Ты видел? — спросила она Капуша.
— Что? — удивился тот.
— Ты видел? — и девушка приподняла кулон.
— Что я должен был увидеть? — подозрительно посмотрел на нее котенок.
— Ничего, — вздохнула Таммина и отмахнулась от котенка. Она решила, что раз никто не видел света мраморного сердца Нкапхиона, то значит, ей это просто померещилось.
Наконечник стрелы под хрусталем тем временем стал остывать.
Таммина попыталась снять цветок с наконечника, но он так плотно к нему прилип, что принял даже его треугольную форму. С этого момента наконечник уже не был металлическим, он стал хрустальным и совсем холодным.
Теперь-то Таммина уже не сомневалась. Она знала, что стрелу непременно нужно взять с собой.
Она хотела попросить Родригеса поставить камень на место, чтобы птицы Чжаки не сразу хватились пропажи, но тут раздался такой громкий треск, что стены пирамиды задрожали. Это великан устал лежать на животе и решил сесть.
— Ты чего? Пока мы сюда ползли, ты не издал и звука, — испугался Капуш.
— Так я думал, что сплю, — пожал плечами великан.
Однако разговаривать было некогда. Птицы Чжаки покинули свои насиженные места и закружили под потолком пещеры.
— Сейчас они все поймут, — прижала к себе котенка Таммина. Она с ужасом смотрела вверх.
Вдруг, через отверстие в потолке, Таммина, Капуш и Родригес увидели Белого Единорога. Его заметили и черные птицы. Стремглав они вылетели через дыру и погнались за конем.
— Нам пора, — скомандовала Таммина.
Великан зычно крикнул. Все пленники высыпали из своих нор.
— Мы сегодня будем свободны. Они нас выведут, — указал он на Таммину и Капуша.
Таммина побежала к тому тоннелю, через который пришла. Все последовали за ней. Великан не мог бежать во весь рост. Он самым последним пополз на животе. В толпе пленников все перешептывались. Они не могли поверить, что их муки закончились, и они скоро будут свободны.
Когда Таммина добежала до камня, который закрывал выход, она прикоснулась к одному его боку. Девушка помнила, что именно так он отодвинулся, когда она сюда вошла. На это раз камень не шелохнулся.
— Почему он не открывает выход? — запаниковала Таммина.
Она толкала булыжник и так и этак, но тот не двигался. Единственный, кому по силам было легко его оттолкнуть, был Родригес. Но великану, который полз самым последним, до камня было не дотянуться. Между ним и Тамминой стояла толпа пленных. И им некуда было отступить, чтобы освободить для него без того узкий проход.
Девушка понимала, что задерживаться долго на одном месте нельзя. Птицы Чжаки могли вернуться в любой момент. Что делать?
Таммина так рассердилась, что стукнула по камню стрелой, которую они прихватили из колодца. И тут камень, скрежеща по земле, начал отодвигаться. Пленники ринулись к выходу. Они едва не затоптали Таммину с Капушем. Когда все покинули тоннель, вылез и великан Родригес. Он предложил самым мелким существам сесть ему на плечи. Те, конечно, не отказались.
Толпа пленных, кто бегом, кто прыжками, кто перелетами, направилась, куда глаза глядят, лишь бы подальше от злосчастной пирамиды и птиц Чжаки.
Таммина и Капуш от них не отставали. Они надеялись на то, что Белый Единорог их потом найдет.

Глава 12
Забытая пустыня
Мы едины, наше дело едино, и мы должны помогать друг другу, чтобы преуспеть.
ФРЕДЕРИК ДУГЛАС

Толпа пленных торопилась скрыться с глаз ужасных птиц. И хотя их на горизонте пока было не видно, они могли появиться в любую минуту. И тогда уж точно всех ждала гибель.
Великан Родригес огромными шагами бежал впереди всех. На его плечах, ухватившись за лохматые рыжие волосы, сидели гномы. Остальные изо всех сил старались не отставать. Таммина, держа Капуша на руках, тоже бежала среди, теперь уже освобожденных, жителей Талантоландии.
Ее дыхание сбивалось. Иногда начинала кружиться голова от жажды и голода. Хотелось спать. Ночь им всем выдалась трудная и нервная.
Девушка бежала и все оглядывалась. Она боялась погони и надеялась увидеть Белого Единорога. Но его нигде не было. Утренняя розово-сиреневая заря полыхала вдали. При дневном свете беглецы были наиболее уязвимы. Нужно было обязательно найти укрытие и подождать ночи, либо поскорее пересечь пустыню и спрятаться в лесах.
— Капуш, что будем делать, если птицы Чжаки появятся над нами прямо сейчас? — тяжело дыша, заговорила Таммина.
— Не знаю. Будь мы в песках, закопались бы в него, а тут почва такая сухая, аж потрескалась, — промурлыкал котенок.
— Маленькие еще бы зарылись в песок, а Родригес? Он же, такой огромный. Его не спрячешь, — прикусила губу девушка.
— Тогда нужно надеяться, что птицы полетят нас искать в противоположную сторону, а мы в это время успеем пересечь пустыню, — задумчиво произнес Капуш.
Неожиданно позади бегущих на горизонте появился темный туман. Это птицы Чжаки искали пленных.
— Все. Нам конец, — промямлил тролль, что, прихрамывая, бежал рядом с Тамминой.
— Не останавливайтесь, — скомандовала девушка, видя, что некоторые с ужасом оглядывались назад и замедляли шаг.
— Мы здесь погибнем, — захныкала феечка, которая без сил сидела на голове тролля.
— Что ж, встретим смерть достойно, — остановился великан и повернулся в сторону пирамиды лицом.
— Не хотим умирать. Нам нужно домой. Нас ждут родные, — завыли, заныли, закричали пленные. Но что делать, никто не знал. Каждый из них думал о том, что еще немного и стрелы черных птиц Чжаки вопьются им в тела. И никто никогда не узнает о том, что они были в плену и всегда помнили о своих близких.
Неожиданно из норы, что была к ним ближе, высунулся Весфик.
— Мы можем вам помочь. Бегите за мной, — прошипел он и, выпрыгнув из норы, извиваясь всем телом, побежал направо.
Таммина пожала плечами и последовала за ним. Остальные, переглядываясь, тоже заторопились за маленьким Весфиком.
Бежали они недолго. Скоро оказались перед глубокой ямой, в некоторых местах уже заросшей низкими колючими кустарниками.
— Прячьтесь в этой яме и не шевелитесь. Здесь птицы Чжаки вас не заметят. Днем их зрение слабеет — и они видят только движущуюся фигуру, — опять прошипел Весфик.
Вся толпа начала спускаться вниз. Великан, кряхтя и охая, сел на самое дно, остальные вокруг него.
— Что это за яма среди пустыни? Откуда она? — спросила Таммина у Весфика, который прижался к ее ногам и глядел на нее то одним глазом, то другим.
— Раньше здесь было Капельное озеро, но однажды утром мы его не обнаружили. Осталась от него только вот эта яма. Мы в ней сами иногда прячемся от черных птиц, — прошипел Весфик.
— Капельное озеро? Я видел его, когда проходил тут два года назад, — прошептал великан. — Самое интересное, что никогда раньше мне не доводилось видеть водоема, который бы состоял не из воды, а из мелких серебристых капель, парящих отдельно друг от друга. Зрелище просто волшебное.
— Да. Мы свое озеро очень любили. Оно было единственным прекрасным местом, где все Весфики собирались по вечерам и любовались закатом и его отражением в серебристых каплях, — грустно прошипел Весфик и поник головой. Глаза его закрылись.
— Не огорчайся. Кто знает? Может, озеро еще порадует вас своей красотой, — Таммине стало жалко его. Она догадалась, куда девалось Капельное озеро. Его выпил Водоед.
— Хорошо бы все стало, как прежде, — нехотя прошипел Весфик.
Видно было, что жители Забытой пустыни не особо разговорчивы. Но Таммине и самой сейчас беседовать не хотелось. Она чувствовала приближение черных птиц Чжаки. Шум их крыльев раздавался уже совсем рядом. Через минуту они пролетели чуть в стороне от ямы. Беглецы притихли и замерли. Постепенно крики черных птиц удалялись. Скоро стало совсем тихо.
Таммина приподнялась к краю ямы и выглянула. Птицы уносились прочь.
— Хоть птицы и улетели, думаю, нам нужно здесь дождаться ночи и после уже продолжить путь. Иначе мы с ними можем встретиться, когда они будут возвращаться, — тихо сказала она.
Все с ней согласились. Покидать яму, где сбежавшие чувствовали себя в относительной безопасности, не хотелось. Да и многие устали. Отдых был сейчас кстати.
— Эх, чего-нибудь бы еще перекусить, — кряхтя, произнес великан.
Все закивали головами:
— Не плохо бы. Ага.
Весфик оживился.
— Не знаю, будете ли вы корешки. Они очень вкусные. Если хотите, я и мои друзья вам принесем.
— Хотим. Хотим, — зашевелились беглецы.
Весфик тут же юркнул в нору, что находилась прямо под ним. Таммина даже и не заметила, когда тот успел ее вырыть.
Ждать пришлось недолго. Из пяти нор, которые в считанные минуты появились в земле, выглянули Весфики. Они за секунды наложили горы желтеньких круглых корешков и тут же опять скрылись.
Беглецы накинулись на угощение. Одни грызли корешки и прихваливали. Другие морщились, с тоской поглядывая на тех, кто аппетитно хрустел, но все равно не отказывались. Нехотя жевали желтые кругляши.
— Ни разу в жизни я не пробовал ничего слаще, — откусывая огромный кусок, произнес гном в синей шапочке.
— Да ну. Трава и есть трава. Ни вкуса, ни аромата, — отмахнулся тролль.
— Хватит вам. Мы должны быть благодарны Весфикам за то, что они поделились с нами своей пищей, за то, что помогли спрятаться от птиц Чжаки, — довольно причмокивая, заговорил Родригес.
— Верно, — промурлыкал Капуш. — Мы должны радоваться тому, что здесь есть чем подкрепиться. Или кто-то желает вернуться к пирамиде?
По толпе прошел ропот. Никто возвращаться не хотел. Каждый мечтал живым и здоровым добраться до дома и обнять родных.
Съев все корешки Весфиков, беглецы погрузились в дрему, отдыхая от всего пережитого. Только Таммине и Родригесу не спалось. Хоть они и устали, но тревога за остальных не давала им покоя.
— Ты такой большой. Расскажи, как ты оказался в плену у Чжаки? — спросила его девушка.
— Эх, разве можно устоять от яда стрел этих зловредных птиц, — вздохнул великан.
Таммина при упоминании о стрелах еще крепче сжала в руке стрелу с хрустальным наконечником.
— Ты говорил, что два года назад проходил здесь и любовался Капельным озером. Откуда и куда ты шел? — опять спросила она его.
Великан грустно улыбнулся и сказал:
— Время до ночи еще далеко. Я, пожалуй, расскажу тебе все по порядку.
— Я с большим вниманием тебя выслушаю, — Таммина села поудобнее.
— Забытая пустыня — это ведь мой дом. Я здесь родился. Мы с мамой жили здесь до тех пор, пока я не научился ходить и говорить. Эх, как было хорошо. Я бегал здесь, не боясь кого-то раздавить. На то она и Забытая пустыня. Никого здесь нет кроме Весфиков, да и те прячутся так глубоко в земле, что побеспокоить их своими играми, я не мог. К сожалению, у нас, у великанов, есть грустная традиция. Когда малыш подрастает и становится самостоятельным, мама его оставляет. И так всегда. Вот получается, что каждый великан у нас живет сам по себе и где ему захочется. Некоторые находят себе уютное местечко и селятся там навсегда, а некоторые так и бродят по Талантоландии в поисках приключений и друзей.
— А ты? — перебила его Таммина.
— Я с тяжелым сердцем попрощался с мамой и пошел искать себе другой дом. Долго я путешествовал по нашей стране и наконец-то нашел Фиолетовый океан. Я так его полюбил, что решил поселиться на его берегу.
— Ой, я ведь тоже оттуда. Мы с Капушем жили на острове Перламутровых Валунов, что как раз и находился в Фиолетовом океане, — обрадовалась девушка, но тут же загрустила, — Только океана сейчас нет. Он высох.
— Вот-вот. После того, как он высох, мне перестало там нравиться. Одиночество меня одолело. Решил я пойти по миру и поискать другое место. Однажды, когда я проходил по Сиреневому лесу, встретилась мне мудрая сова Квильда. Она рассказала мне, что Фиолетовый океан исчез по вине Водоеда, который живет в океане Всерейне. Что много великанов, рыцарей и других воинов боролись с этим самым Водоедом, потому что он оказывается не только Фиолетовый океан осушил, а и вообще все водоемы Талантоландии. Решил я тогда тоже встретиться с чудищем и побороться с ним. Мне ведь за свою страну и жизни не жалко. Поблагодарил я сову Квильду за рассказ и пошел к океану. Однако, проходя Забытую пустыню, встретил я черных птиц Чжаки. Их ядовитые стрелы впились мне в тело. Помню, как рухнул я тогда на землю и потерял сознание. Очнулся уже после в пещере, в плену у птиц. Два года я, как и все, дробил камни. Правда так и не понял, зачем это было нужно, — Родригес замолчал и грустно посмотрел на Таммину.
— А сейчас ты куда? Будешь искать маму или… — начала девушка.
Великан не дал ей договорить и произнес:
— Я не отступлюсь от намеченной цели. Найду Водоеда и одолею его. Нечего ему губить Талантоландию.
— А ты знаешь, где находится океан Всерейн? — спросила она его.
— В том-то и дело, что нет. Забыл спросить у совы Квильды. Она уж точно бы сказала, — ответил Родригес. — Но ничего, я обязательно найду и разберусь с Водоедом.
— Ты молодец! Смелый и добрый великан, — улыбнулась ему Таммина. — А как же твоя мама? Ты с ней хоть иногда видишься?
Тут на глазах Родригеса накатились слезы. Он страшно засмущался и отвернулся от девушки. Кое-как выдавливая из себя слова, он произнес:
— Вот стану героем, тогда и найду ее. Хочу, чтобы она мной гордилась. Уверен, что и после нам придется расстаться, потому что не живут великаны семьями, но хотя бы мама будет знать, что жизнь, которую она мне подарила, я не трачу впустую.
«Да что же это такое? — думала Таммина. — Родригес без мамы, Мань-Тунь-Пань рос без мамы, я свою маму никогда и не видела, Капушу тоже маму заменила я. Неужели это правильно?»
— Все не просто так. Ох, как не просто так. Смысл есть всему, — во сне промурлыкал Капуш.
Таммина вздрогнула. Нечаянно сказанные слова котенка, можно было понять, как ответ на ее вопрос, который она секунду назад задавала себе мысленно.
Тем временем наступила ночь. Небо осветилось квадратной голубой луной и золотистыми линями.
— Нам пора идти, — кряхтя, сказал Родригес.
Все вылезли из ямы. Самым последним покинул укрытие великан.
— Спасибо вам за помощь, — поблагодарила Таммина Весфика, который опять появился из норы и присел у ее ног.
— Не за что, — прошипел тот. — Не смотрите на нашу некрасивую внешность. Мы добрый народ. И всегда готовы помочь каждому, кто нуждается в поддержке.
— Вы извините меня, но дальше мы пойдем в сторону Лиловых гор. Там наш дом, — вмешался в разговор один из гномов.
Тут заговорили все и тоже решили, что каждый должен дальше отправиться своей дорогой. Беглецы попрощались друг с другом и разошлись в разные стороны.
— Я, пожалуй, тоже пойду искать Всерейн. Прощайте, Таммина и Капуш. Вы стали нашими спасителями. Низкий вам за это поклон, — ласково улыбнулся великан и зашагал, куда глаза глядят.
— Что ж, нам тоже нужно найти дорогу к кактусам. Может, Белый Единорог и Мань-Тунь-Пань ждут нас там, — сказала Таммина. Но беда была в том, что она не знала, в каком точно направлении нужно идти, чтобы добраться до кактусовых зарослей.
— Давай отправимся следом за луной, — видя замешательство подруги, предложил Капуш. Она с ним согласилась.
Шли они долго. Почти всю ночь. Устали и опять проголодались. На отдых времени не было. И друзья, редко переговариваясь, шли вперед.
Забытая пустыня оказалась, действительно, забыта. Вокруг наших путников все было безжизненным и пустым. Чем дальше они шли, тем реже встречалась трава с мелкими желтыми цветами. Весфики здесь тоже не обитали. Видимо, они жили не по всей пустыне или прятались сейчас глубоко под землей.
— Скоро рассвет, а мы так и не нашли правильной дороги, — вздохнула Таммина. Она держала в руке стрелу и думала о черных птицах Чжаки. Их ей сейчас видеть хотелось меньше всего.
— Не хмурься. Мы встретим своих друзей, — улыбнулся Капуш и посмотрел в сторону горизонта, где показались первые солнечные лучики, и небо озарилось розово-сиреневым цветом.
Таммина проследила за его взглядом. Среди розоватых облаков виднелся силуэт Белого Единорога. Он летел им навстречу.
Девушка обрадовалась и, подняв руки вверх, закричала:
— Мы здесь!
Хрустальный наконечник стрелы заискрился, заблестел, заиграл солнечными бликами. Белый Единорог, увидев яркий свет, широко размахивая крыльями, еще быстрее полетел к друзьям. И уже через две минуты он был рядом с ними.
— Если бы ты знал, как мы тебя ждали! — обняла Таммина белокрылого друга.
— Если бы вы знали, как я вас искал! — радостно сказал конь. — Но сейчас оставаться здесь нельзя. Садитесь на меня поскорее, и полетим к Мань-Тунь-Паню и его маме, которые, наверное, уже все глаза проглядели в ожидании нас.
Таммина и Капуш сели на коня и отправились к зарослям кактусов. Белый Единорог очень быстро донес друзей до поляны, где стоял дирижабль. Рядом никого не было. Таммина спешилась. Капуш тоже спрыгнул на черные цветочки, вспугнув при этом бабочек.
— Где же Мань-Тунь-Пань? — удивилась девушка.
— Здесь я. Здесь, — радостно закричал малыш, спускаясь с ближайшего кактуса в виде столба. — Я всю ночь смотрел на небо и ждал вашего появления. И надо же в самый важный момент задремал. Вот ведь как случается.
Таммина и Капуш засмеялись. Они были счастливы опять оказаться на этой поляне и увидеть малыша.

Глава 13
Шепот Ветра
Знание — орудие, а не цель.
ЛЕВ ТОЛСТОЙ

После встречи с Мань-Тунь-Панем и его мамой, Таммина решила продолжить путь. Сейчас она точно была уверена, что хочет отправиться к океану Всерейну.
— Милый, добрый Мань-Тунь-Пань, мы должны попрощаться, — обратилась к малышу девушка.
— А я думал, вы вместе со мной отправитесь к чистюлям. Поддержите меня, когда я буду им дарить дирижабль, — удивился малыш.
— Здесь тебе наша поддержка не нужна. Твоя мама с тобой! — улыбнулась Таммина.
— Правда. Со мной мама, и это главное, — глаза малыша засветились счастьем. — Что ж, тогда поезжайте. Я буду вас всегда помнить.
— Кто знает? Может, мы еще встретимся, — подмигнул ему Капуш.
— Возможно, — подмигнул ему Мань-Тунь-Пань.
После Таммина накинула на себя белую накидку, обула белые сапожки, вплела в волосы белую ленту, накинула на плечо сумку, в которую положила черную стрелу с хрустальным наконечником, и села на Белого Единорога. Капуш тоже запрыгнул ей на руки.
Долго нес Белый Единорог Таммину по небу. Внизу лишь виднелась Забытая пустыня. Казалось, что нет ей конца и края.
Таммина устала вглядываться вдаль. Она надеялась увидеть там город или океан Всерейн. Но внизу ничего не менялось. От скуки девушка стала рассматривать облака, что проплывали с ними бок о бок. Постепенно она начала замечать, что облака становятся крупнее и встречаются чаще.
Чем дальше они летели, тем больше тонули в облаках. Скоро все кругом стало белым-бело. Так что они потерялись в пространстве. Но не останавливались, а летели вперед.
Неожиданно облака расступились. И путники очутились в чистом голубом небе, а вокруг, кольцом, плотно, прижавшись друг к другу, плыли облака. Скоро облака образовали спираль, которая скручиваясь, превращалась в замок.
Вот Таммина смогла разглядеть стены, которые росли и росли. На стенах появились маленькие башенки с окошечками. На крышах башенок из маленьких облаков прямо на глазах путников образовывались ветрогоны. Они то стояли тихо, то медленно начинали крутиться. Сам замок со стороны был похож на игрушечный домик из белой ваты.
— Что это? — спросила Таммина Белого Единорога.
— Это замок Ветра, — важно ответил тот. — Ветер Первый живет здесь. Он управляет всеми ветрами и ветерками в стране Талантоландии.
— Он, наверное, все про всех знает, — размышляла вслух девушка.
— Конечно. Он многое видит, — произнес Белый Единорог. — Знает ответы на все вопросы.
— Я хочу с ним поговорить, — уверенно сказала Таммина.
— Что ты хочешь у него спросить? — подозрительно посмотрел на нее конь.
— После все и расскажу, а сейчас вперед. К замку, — скомандовала девушка.
Белый Единорог послушно понес ее к воздушному замку Ветра Первого. Несмотря на то, что замок, казалось, был рядом, лететь пришлось довольно долго. Добравшись до него, конь остановился на первой ступеньке высокого крыльца. Таммина спешилась. Велев Капушу ждать ее здесь, она поднялась по пушистым воздушным ступеням к узким дверям, где стояли два стражника. Ростом они были чуть выше Таммины. Туловище, руки и ноги казались короткими по сравнению с головой, которая была просто огромной. Белые тела стражников напоминали облака. Их щеки раздувались такими же пушистыми воздушными кругляшами. Они водили большими глазами из стороны в сторону, но девушку не замечали.
— Здравствуйте. Можно мне пройти и поговорить с вашим повелителем? — обратилась к ним Таммина.
Те посмотрели друг на друга и одновременно закивали головами.
Девушка поблагодарила их и прошла в отворившиеся двери. Внутри все было такое же белоснежное. На стенах висели картины, на которых красовались разные ветра и ветерки. Одни были прямые пронизывающие, смотря на которые, девушка даже начала чувствовать холод. Другие ветерки были кружащиеся, некоторые с дождевыми капельками, некоторые со снежинками, а некоторые с падающей осенней листвой. На одной из картин Таммина увидела ветер, поднимающийся вверх столбом. Это был ураганный ветер.
Девушка медленно шла по узким коридорам, залитым солнечным светом и рассматривала картины. На белом фоне, белые ветерки смотрелись необычно. Все изображения были объемными. На секундочку Таммине показалось, что ветра на картинах не нарисованные, а самые настоящие – на этих полотнах они просто спят.
Пройдя несколько коридоров, девушка увидела еще одну дверь. На этот раз она была приоткрыта. Таммина проскользнула в щель и оказалась в тронной комнате. В самом центре стоял воздушный огромный трон. Его белая высокая спинка касалась потолка. На троне сидел сам Ветер Первый. Его длинные белые волосы и борода покрывали рядом с ним пол. Глаза Ветра светились добродушием. От него веяло прохладой и утренней свежестью.
— Что тебе здесь нужно, красавица? — еле слышно прошептал Ветер. И Таммине показалось, что прошелестела сухая трава.
— Я пришла задать вам несколько вопросов, которые мучают меня, — ответила ему девушка. — Вы извините меня, что побеспокоила вас, но обратиться мне больше не к кому.
— Рад, что ты пришла ко мне. Хочу своими глазами увидеть ту, которая, возможно, спасет Талантоландию, — ласково прошептал Ветер.
— Я бы очень хотела, но смогу ли? — тихонько спросила его девушка.
— Спасти нашу страну может только человек с чистой душой. Ты такая и есть, — разнесся по замку шепот Ветра. И теперь девушке показалось, будто послышался шум морского прибоя.
— Разве этого достаточно? — удивилась Таммина.
— Не совсем. Нужно еще обладать смелостью, верой в себя, уметь стрелять из лука и знать, где живет Крахмор, чтобы поразить его той стрелой, что лежит в твоей сумке, — склонив седую голову, ответил Ветер.
— Расскажите мне о стреле, пожалуйста, — прикоснулась девушка рукой к черной стреле.
— Черная стрела с хрустальным наконечником есть смерть колдуна. Она ведь лежала в расколотой пирамиде среди Забытой пустыни. Так? — наклонился к ней Ветер.
— Да. Я взяла ее там, — кивнула головой Таммина.
— Колдун Крахмор специально создал черных птиц Чжаки для того, чтобы они ее охраняли. До поры до времени птицы отлично с этим справлялись. Но колдуну показалось этого мало, и он приказал им брать в плен жителей Талантоландии и заставлять их дробить камни.
— Зачем это ему? — перебила его Таммина.
— Каменную пыль он использует для создания философского камня. Ты, наверняка, о нем уже слышала, — еще тише прошептал Ветер.
— Да. И для чего ему этот камень, я тоже знаю, — грустно вздохнула Таммина.
— Ему нужна не только каменная пыль. Для свершения колдовства ему требуется несколько ингредиентов. И самое главное ему необходимы живые души. Он создал Водоеда, из-за которого и происходит осушение нашей страны. Если ему не помешать, то скоро все потянутся к океану Всерейну и будут готовы пожертвовать своими душами ради жизни, — еще тише прошептал Ветер.
— А разве без души можно жить? — удивилась девушка.
— Конечно. Например, птицы Чжаки души не имеют. Да и сам Крахмор свою душу давно променял на умение колдовать, — покачал седой головой Ветер. Его белая борода немного посерела, но уже через минуту стала опять бела, как снег.
— А человек из моего сна. Он… — нерешительно подняла глаза Таммина.
— Он настоящий. Сон твой был вещим. Ты должна сейчас отправиться к Мистеру Тальфусу — правителю Талантоландии. Он сейчас в глубоком сне, но жив. Он может чувствовать. И он ждет тебя, — шепот Ветра стал громче. — Поспеши в столицу нашей страны Радоград. В пути будь осторожна. Птицы Чжаки рыщут везде и ищут черную стрелу.
— Они знают, кто забрал стрелу? — испуганно спросила девушка.
— Крахмор видел в своем магическом кристалле девушку на Белом Единороге. Но имени твоего и места нахождения он не знает. Чтобы не быть пойманными, не попадайтесь на глаза птицам. Улететь от них, как в прошлый раз удалось твоему крылатому другу, сейчас у вас не получится. Крахмор наделил своих слуг еще большей силой и скоростью. Их стрелы со вчерашнего дня еще более ядовиты, а зрение острее. Они теперь намного злее и чернее. Ночью птицы становятся невидимыми, потому что растворяются в темноте, — шепот Ветра стал почти неслышным и теперь напоминал шелест листвы деревьев.
— Неужели у них нет слабого места? — недоумевающе заговорила девушка.
— Единственный их недостаток в том, что они глупы, — добавил Ветер.
— Это не мало. Значит, шанс их обойти у нас есть, — улыбнулась Таммина.
— Ты права. Но недооценивать врага не стоит, — Ветер посмотрел в сторону. На его лбу появились глубокие морщины. В эту минуту он был напряжен и чем-то обеспокоен.
— Где находится Радоград? Я не знаю туда дорогу, — приблизилась к Ветру Первому Таммина.
— Путь туда только один. Через сны, — ответил тот.
— Как это? Я не понимаю, — огорчилась она.
— Придет время, и ты все поймешь, — улыбнулся Ветер. — Сейчас тебе необходимо ехать только вперед и вперед. Ни в коем случае не сворачивать со своего пути. Избегать встречи с птицами Чжаки и беречь стрелу. Только ею можно поразить Крахмора. Если потеряешь ее, вернуть уже не сможешь. Колдун сделает все, чтобы больше не допустить такой оплошности. Ему дорога жизнь, еще дороже власть. Даже страшно подумать, что будет, если у него получится изобрести философский камень. Он тогда никого не пощадит.
— Хорошо. Спасибо вам огромное за знания и за добрые советы, — поклонилась Таммина мудрому владыке и направилась к выходу.
— Стрелу, что отныне принадлежит тебе, можно выпустить только из особенного лука. Где этот лук, ты узнаешь в Радограде. Впрочем, тебе еще придется доказать, что ты есть та самая, которая имеет право владеть этим луком. Много испытаний ждет тебя впереди, но ты будь сильной. Будь внимательна ко всему, что с тобой произойдет. Все не просто так. В каждом событии, в каждом живом существе, что встретится тебе на пути, ищи подсказку, — шептал Ветер и приближался к Таммине. — Все, что тебе пришлось пережить ранее, не случайно. Если ты хорошенько подумаешь, поймешь это сама. А теперь нам пора прощаться. Желаю тебе найти то, что ты ищешь, и получить то, что хочешь. Попутного тебе ветра!
В этот момент Ветер Первый, растворяясь в воздухе, медленно взлетел под самый купол замка и, покружив там немного, выскользнул в окно, что находилось под самым потолком.
— Спасибо, Ветер! Я никогда не забуду ваших слов, — на этот раз прошептала Таммина, глядя туда, куда улетел ее мудрый советчик.
Девушка покинула тронную комнату и пошла по узким коридорам. Сейчас они выглядели иначе. Картины с изображениями ветерков куда-то исчезли, а на их местах появились круглые окна, похожие на иллюминаторы. Подойдя к одному из них и выглянув наружу, Таммина увидела, как множество ветерков кружилось в воздухе. Это было похоже на танец, но не такой, как ей приходилось видеть ранее, а нечто напоминающее магический ритуал. Ветерки то слетались в единое целое, то вмиг рассоединялись и образовывали полупрозрачные спирали разных размеров. Они захватывали облака, что мирно проплывали мимо и превращали их в туман.
Таммина еще долго наблюдала за ветерками. Они словно гипнотизировали ее, пытаясь здесь задержать.
Когда из облаков получилось одно большое облако по форме напоминающее лошадь, Таммина вспомнила о Белом Единороге, который ждал ее на крылечке. Она, кинув последний взгляд на танец ветров, побежала к выходу.
— Прости, ты, наверное, уже заждался, — обняла она крылатого друга, когда сбежала по белоснежным пушистым ступенькам.
— Белые Единороги не знают усталости, — ласково сказал конь.
— А вот я очень устал и хочу есть, — промурлыкал Капуш. — Кстати, ты говорила с повелителем ветров? Что он тебе сказал?
— Ветер Первый очень мудрый. Он многое мне объяснил. Многое подсказал, — задумчиво произнесла Таммина. — Но сейчас пересказывать его слова, нет времени. Нам нужно спешить в Радоград.
— Ух, ты. Мне не терпится посмотреть, что это за город. Там мы еще не были, — обрадовался Капуш.
— Радоград – это столица нашей любимой Талантоландии, — пояснил ему Белый Единорог.
Капуш запрыгнул в сумку Таммины и, махнув лапкой, закричал:
— Тогда вперед! Нас ждут великие дела!
Таммина, глядя на маленького смельчака, громко засмеялась. Белый Единорог громко фыркнул и переступил с ноги на ногу.
Таммина села на коня и прижала к себе Капуша. Его рыжий пушистый хвостик подрагивал от радости. Все последнее время он чувствовал, что его подруге не до него и грустил. Сейчас он опять ощутил себя любимым и самым счастливым.
Друзья, сделав круг над замком повелителя ветров, покинули его навсегда. И хоть Таммине никогда больше не встречался Ветер Первый, она помнила его ласковый шепот всю свою жизнь.

Глава 14
Молочная долина
Сколько в молоке живого сока,
Сколько к жизни истинной любви!
АНАСТАСИЯ КОЗЛОВА

Когда замок повелителя ветров исчез из вида, Белый Единорог полетел медленнее. Облака, что до сих пор окружали их, рассеялись. Под путниками раскинулась зеленая долина, на которой цвели белые ромашки с золотистыми сердцевинами.
— Белый Единорог, давай полетим пониже. Хочу сорвать несколько цветочков для Таммины, — промурлыкал Капуш.
— Держитесь крепче, — произнес конь и полетел к земле.
Когда они опустились настолько, что можно было прикоснуться к цветам, вся долина вдруг ожила и зашевелилась. Ее зелень поплыла, а ромашки превратились в круглые белые пятнышки и тоже поплыли в разные стороны. Белый Единорог от неожиданности поднялся выше. Таммина и Капуш, не отрывая взгляда, следили за ожившей зеленой долиной.
Чем больше они присматривались, тем отчетливее видели, что шевелится внизу вовсе не трава и ромашки, а зеленые с белыми пятнышками коровы. Сейчас, испуганные появлением Белого Единорога и его наездников, они громко замычали и в недоумении стали разбредаться по лугу. Некоторые, видя, что никто не собирается им причинять вреда, снова ложились и мирно чавкали жвачкой.
— Какие красивые, — улыбнулась Таммина. — Я о коровах читала в книге, что осталась на острове, но про таких я даже не знала. Интересно, а молоко у них тоже зеленое? Вот бы попробовать.
— Можно. Предлагаю остановиться и попросить у них. Я бы с удовольствием полакал, — облизнулся Капуш.
— Так и быть, — произнес Белый Единорог и полетел к краю долины, где было свободное от ее обитателей место.
Стоило только оказаться на земле, как одна из коров, что лежала к ним ближе остальных, обратилась к ним:
— Здравствуйте. Вы, наверное, хотите отведать нашего чудесного молока?
— Ага. А как вы догадались? — удивился Капуш.
— Это совсем не трудно. Наше молоко славится на всю Талантоландию. И многие бы хотели его попробовать, — пережевывая жвачку, ответила та.
— И чем оно славится? Что в нем такого особенного? — не унимался котенок.
— Как? Вы не знаете о Молочной долине и коровах, что дают Загадочное молоко? — корова выпучила глаза и перестала жевать.
— Извините, мы не слышали. Но сейчас очень рады с вами познакомиться, — ласково сказала Таммина и обвела взглядом огромную долину. До самого горизонта простирались владения Зеленых коров.
— К сожалению, угостить мы вас нашим молочком не сможем, потому что вот уже целый год, ручей, что протекал по краю Молочной долины, пересох. Трава стала безвкусной. Мы кушаем без аппетита и все время грустим. Молоко наше сегодня горькое. Мы отдаем его Громанам, которые живут в соседнем Туманном лесу. Они любят все неполезное и невкусное, — вздохнула Зеленая корова.
— Как же так? Почему пересох ручей? И неужели некому было помочь вам решить эту проблему? — подпрыгнул Капуш. Он так огорчился, выслушав рассказ коровы, что готов был прямо сейчас расправится с Водоедом, по вине которого, как он думал, и пересох ручей.
— Эх, причины исчезновения ручья никто не знает. Да и помочь нам некому. Пока мы давали Загадочное молоко, у нас было много друзей. После же все куда-то испарились. Мы остались тут совсем одни, — опять вздохнула Зеленая корова.
— Я во всем разберусь! — громко крикнул Капуш и погрозил кулачком невидимому врагу, потом спохватился, покосился на Таммину и Белого Единорога. — Точнее мы разберемся и вернем вам ручей. Правда?
— Мы попробуем, — погладила котенка по голове девушка.
— Ой, как мы будем вам благодарны! Если ручей вернется, всенепременно напоим вас нашим вкусным молочком. Тогда-то и поймете, почему оно называется Загадочным! — обрадовалась Зеленая корова.
— А все же почему? — просил Капуш.
— Нет. Нет. И не спрашивайте. Все равно не отвечу, — улыбнулась та.
— Что ж. Теперь для того, чтобы попробовать ваше чудесное молоко и узнать его загадку, мы приложим все силы и поможем вам, — воскликнул котенок.
— Конечно, — поддержала маленького друга Таммина. — Мы не оставим вас в одиночку со своей бедой.
Зеленая корова поднялась и медленно поплелась в середину стада.
— Следуйте за мной, — чавкая жвачкой, оглянулась она на путников.
Белый Единорог, Таммина и Капуш гуськом пошли по узкому проходу. Другие коровы лениво поднимались, отступали в сторону и почти безразлично смотрели на гостей. Некоторые лишь косились на них и на секундочку переставали чавкать. Как только путники проходили мимо, коровы опять ложились и закрывали глаза. Одни дремали, а у других Зеленых коров из глаз капали крупные слезы. Они грустили о былых временах, когда к ним приходили путешественники и угощались их сладким молоком.
— А вы всегда так лежите, жуете траву и дремлете? — осматривая стадо, спросил Капуш.
— Да! Мы заняты очень важным делом. Щиплем травку, жуем жвачку, после лежим и копим молоко. Когда мы чувствуем, что пора доиться, по очереди подходим вон к тому колодцу, — Зеленая корова кивнула в сторону, заросшего высокой травой, низенького строения. — И молочко из наших вымён стекает в него. Если кто-то шествует мимо нашей долины или приходит к нам специально, мы делимся с ним молоком. Нам не жалко.
— И больше ничего не делаете? — удивился котенок.
— А разве мы должны еще что-то делать? — на этот раз удивленно уставилась на него Зеленая корова. — По-моему мы итак делаем слишком много. Трудимся с утра до вечера, тщательно пережевываем траву. Эта тяжелая работа занимает все наше время. Больше мы ничего делать не обязаны.
— А вы сами пытались узнать, что случилось с ручьем? — спросила Таммина.
— Нет. Как я уже сказала, мы много времени тратим на накопление молока. И следить за ручьем мы просто не можем, — грустно покачала головой корова.
Белый Единорог, Капуш и Таммина переглянулись.
— Как же я устала, — охнула Зеленая корова. — Пожалуй, полежу немного, отдохну. Вы идите дальше без меня. Доберетесь до колодца, увидите среди травы что-то вроде тропы, покрытой желтым песком. Раньше там протекал ручей. Можете его осмотреть и действовать, если, конечно, поймете причину его исчезновения и придумаете, как все исправить.
— Благодарим за разъяснения, — поклонился Капуш. — Вы уж, правда, отдохните. Мы как-нибудь сами.
Друзья зашагали дальше в одиночку. Зеленая корова легла прямо там, где стояла и, наклонив голову, задремала.
— Мне, кажется, они очень несчастны, — сказала Таммина, глядя на стадо коров.
— Я уверен, что все их несчастья из-за лени, — усмехнулся Капуш.
— Ты не прав, — подруга с ним не согласилась. — Они могут делать то, что хотят. Не так ли?
— Ага. И не делать то, что не хотят, — засмеялся Капуш. — Даже если что-то угрожает их жизни, но лень принять меры, то чего уж, пусть все идет своим чередом.
Таммина и Белый Единорог лишь переглянулись в недоумении. Совсем недавно котенок радовался, горел желанием помочь Зеленым коровам, а тут подсмеивается над ними и обвиняет в лени. Что случилось с его настроением?
Вот так невесело переговариваясь, друзья за пять минут дошли до указанного им коровой места. Раздвинув высокую траву, они увидели, сложенный из мелких камней глубокий колодец. Над ним возвышалась плоская деревянная крыша, которая местами тоже поросла травой. Из колодца несло затхлостью, а кое-где по краям каменных стенок виднелась плесень.
— Как здесь все запущено, — ужаснулась Таммина. — Зеленых коров, видно так одолела тоска, что они перестали следить даже за колодцем.
— Похоже на то, что они никогда и не задумывались о порядке, — хмыкнул Капуш.
— Не понимаю, почему ты так разозлился? Ну чего они тебе сделали? — все больше удивляясь плохому настроению пушистого друга, спросила его Таммина.
— Я просто голоден, — отвернулся Капуш.
— Что ж, давайте поднимемся вдоль высохшего ручья и посмотрим, откуда он начинался, — предложила Таммина.
Друзья с ней согласились.
Молочная долина, как уже говорилось, была огромной. Пешком до истока ручья они могли бы идти очень долго. Чтобы ускорить продвижение, Таммина посадила Капуша в сумку, села на Белого Единорога, и они взлетели в небо.
Конь летел быстро, и уже через пять минут они увидели широкую, но мелкую реку, которая протекала как раз за пределами долины. Шумным течением реки можно было залюбоваться. Вода была чистая и прозрачная. Она журчала и пенилась, наталкиваясь на подводные камни. Ее теплые прозрачные брызги далеко разлетались в стороны.
Путники приземлились на песчаном берегу, решив прогуляться и заодно осмотреть местность.
— Как я хочу искупаться, — набирая в ладоши воду и умывая лицо, сказала Таммина.
— Так в чем дело? — удивился Капуш.
— Сначала дело, а потом отдых, — брызнула она на рыжего друга несколько капелек.
Капуш быстро отпрыгнул в сторону.
— Верно, — сквозь зубы промурлыкал котенок.
— Идите сюда, — позвал их Белый Единорог, который, не останавливаясь, брел вдоль берега.
Таммина и Капуш побежали к нему. Когда они оказались рядом, увидели что высохший ручей, когда-то тек из небольшого родника, находящегося в десяти метрах от реки. Сейчас из-за сора, который скопился в истоке ручья, вода из родника бежала в реку.
— Все оказалось проще, чем я думал, — усмехнулся Капуш. — Нужно лишь расчистить здесь и вода вновь направится по Молочной долине.
— За дело! — скомандовал Белый Единорог.
Вместе они убрали засор. И вода из родника хлынула в сторону Молочной долины. Друзья обрадовались. Не мешкая, Белый Единорог донес своих спутников до колодца. Забыв об отдыхе, Таммина принялась чистить его стены. Скоро от плесени и гнилого запаха не осталось и следа.
Зеленые коровы, наблюдая за гостями, перестали чавкать, поднялись и принялись усердно жевать траву, которая с возобновлением ручья, на глазах становилась сочнее, зеленее и гуще.
Когда Таммина отмыла колодец до блеска, сил на что-либо еще не осталось. Все тело ломило от усталости и боли. Но она не подавала виду. Вместе с друзьями вернулась к тому месту долины, где ранее познакомилась с Зеленой коровой. Та их уже ждала.
— Мне даже не верится, что все вернулось на круги своя. Наш ручей, как и прежде, бежит вдоль Молочной долины, травка зеленеет, колодец лучше нового, — произнесла она. — За великие труды и помощь я вас сейчас вознагражу нашим Загадочным молоком.
Она торжественно прошествовала к колодцу. Это заняло у нее довольно долгое время, потому что корова шла медленно, отчеканивая каждый шаг так, будто шла к королевскому трону. Остальные коровы на нее с завистью посматривали.
Что происходило возле колодца ни Таммина, ни Капуш, ни Белый Единорог не видели, но через некоторое время Зеленая корова появилась снова. Подняв свой зеленый хвост, корова держала им красивый белый рог, который сейчас был вместо посудины. Из него плескалось зеленое молоко.
— Угощайтесь на здоровье, — ласково произнесла она, протягивая Таммине белый рог.
Капуш облизнулся и закрутил хвостиком. Ему не терпелось попробовать то, что славится по всей стране. И все уже, похоже, его отведали. Только он да Таммина, сидя на своем острове, отстали от жизни.
Девушка отлила немного молочка в ладонь и поднесла Капушу. Тот сразу же принялся лакать. Вылизав руку подруги досуха, котенок вытер усы и, закатив глаза от удовольствия, поблагодарил Зеленую корову.
— Ваше молоко превосходно. Ничего слаще я никогда не пробовал, — промурлыкал котенок и, встав на задние лапки, а передние — сложив на груди, прошелся вокруг Зеленой коровы. Мурлыча что-то себе под нос, котенок прижался к ноге коровы и задремал.
— Мда, малыш устал так, что сразу заснул, — произнес Белый Единорог.
— Дело здесь не в усталости, а в молоке, — пояснила Зеленая корова.
Таммина посмотрела на молоко, что у нее еще осталось в роге.
Сделав первый глоток, девушка почувствовала, как по телу ее разлилась приятная теплота. Усталость тут же исчезла, а вместе с ней и чувство голода. «Молоко, действительно, волшебное», — мелькнула мысль в голове девушки. Ей показалось, будто внутри нее заиграли звонкие колокольчики. Таммину начало клонить в сон. Девушка приблизилась к Белому Единорогу, который лежал на траве. Прилегла рядом с ним и закрыла глаза.
Во сне Таммине чудилось, что она совсем не спит. Девушка чувствовала себя бодрой и веселой. Она видела сейчас, что на Молочной долине нет никаких Зеленых коров. Перед девушкой строем стояли зеленые колобки, которые настороженно на нее смотрели. Словно ждали от нее чего-то особенного. Таммина тоже разглядывала их и гадала, чего они от нее хотят. Пока она раздумывала о том, что ей делать, колобки начали расплываться, образовывая огромную лужу, на поверхности которой постепенно появилась мелкая рябь. Рябь переросла в волны, а те уже, словно гонимые сильным ветром, вздымаясь все выше и выше, пенились и шумели так, что закладывало уши. Высота волн увеличивалась с каждой минутой. Когда они стали выше Таммины, вдруг окаменели и потемнели. Присмотревшись, девушка удивилась увиденному. Теперь перед ней стояла высокая темно-зеленая башня. На ее крыше блистала звезда. За пять минут у этой башни появилось зеркальное отражение. Оно начиналось от звезды и поднималось в небо в перевернутом виде. Картинка перед глазами девушки постоянно менялась. Вот уже на башне и ее зеркальном отражении появились маленькие дырочки, от которых пошли трещины. В считанные секунды все, что было перед Тамминой, рассыпалось и превратилось в груду мрамора. Звезда же, что находилась на крыше башни, до сих пор лежала сверху. Девушка наклонилась к ней. Та вдруг, изменив форму, напомнила ей мраморное сердце Нкапхиона. Таммина вздрогнула. Схватила кулон на своей шее. Убедившись, что сердце Нкапхиона на месте, девушка с облегчением вздохнула. То мраморное сердце, которое лежало на обломках, вдруг опять начало меняться. Оно стало белым. Вся куча из рассыпавшегося мрамора тоже побелела и снова стала жидкой. Перед Тамминой появился тот самый колодец, что стоял среди Молочной долины. Из него выплескивалось молоко. Оно бурлило так, будто кипело. Скоро молоко из колодца забило фонтаном. Таммина осмотрелась и увидела, что стоит на большом листе белой бумаги, на котором то там, то тут проявляются зеленые буквы. Постепенно из букв начали складываться слова, а после и целые предложения. Казалось, будто кто-то невидимой рукой водит по бумаге карандашом и пишет. Таммина чувствовала себя очень маленькой, стоя на таком огромном листе бумаги. Буквы, что проявлялись вокруг, размером были не меньше ее. Перешагивая с буквы на букву, она прочла:
Темные силы всегда начеку,
Но, знай, победить их можно.
«Я сильная, смелая. Я все смогу!» —
Сказать, согласись, не сложно.
Скажи и иди. Не бойся преград.
Страхи в сердце придуманы.
Пусть с неба сыплется льдистый град,
Не будут твои мысли сломаны.
Душа твоя, вера, большая любовь —
Есть остов великой победы.
Даже упав, поднимайся вновь,
Друзей вспоминай советы.
Зубами скрипя, идти продолжай,
Не бойся, что враг начеку.
Себе лишь одно всегда повторяй:
«Я сильная, смелая. Я все смогу!»
Когда Таммина дочитала до конца, сердце ее застучало сильнее. Она поняла, что строки эти адресованы именно ей. Девушка попыталась убежать с белого листа, но границ его не было видно. Спустя минуту от белого листа бумаги и букв ничего не осталось. Он растаял, как прошлогодний снег. Полностью впитавшись в землю, на которой появилась зеленая трава. Перед Тамминой опять выстроились зеленые колобки. На этот раз они улыбались. Один из зеленых колобков выкатился ей навстречу и открыл рот, пытаясь что-то сказать. Но голоса у него не было. Рот открывался и закрывался, не произнося ни слова.
В этот момент Таммина проснулась. Открыв глаза, она увидела Белого Единорога, Капуша и Зеленую корову. Котенок сидел рядом и довольно мурлыкал, а корова все время ловила ее взгляд и ласково улыбалась.
— Что тебе снилось? — спросил ее Капуш.
— Это не рассказать. Странно все, — пожала плечами Таммина. — А что видел ты?
— Тебя, — промурлыкал котенок и лизнул свой рыжий хвостик.
— Вижу, что вы на себе испытали действие нашего молока. Поняли, что оно живое и обладает целительными свойствами, — сказала Зеленая корова.
— Оно не зря называется Загадочным. Это правда, — улыбнулась Таммина. Вспомнив слова повелителя ветров о том, что дорога в Радоград будет ей понятна через сновидения, она пришла к выводу, что сейчас к столице Талантоландии очень близка.
— Вам пора спешить, — грустно произнесла Зеленая корова. — С собой возьмите молочко. Если случится беда, достаточно сделать глоток, и вы почувствуете прилив сил, поймете, где искать выход из неприятности.
Корова протянула немного зеленого молока в маленьком белом роге с закручивающейся крышечкой, который, как и прежде, держала хвостом.
— Спасибо огромное. Мы не откажемся от такого удивительного подарка, — обрадовалась Таммина и положила рог с молоком в сумку.

Глава 15
Долгий берег
Чтобы успеть туда, куда торопишься, необходимо остановиться и подумать.
NN

Прощание с Зелеными коровами было недолгим. Таммина с друзьями спешили по своим делам, а Зеленым коровам нужно было жевать траву, потому что они надеялись, что после того, как ручей вернулся, вернется и слава об их молоке. Начнут к ним опять приходить жители Талантоландии и угощаться Загадочным молочком.
Сидя на Белом Единороге и поглаживая Капуша, Таммина смотрела на проплывающие мимо облака и думала. Ей вспоминался недавний сон. Она поняла, что зеленые колобки – это и есть коровы, а лужа, что появилась после, скорее всего, океан. Если так, то он совсем рядом.
На самом деле все так и было. Пролетев над Молочной долиной, Белый Единорог и его друзья увидели внизу красный берег океана Всерейна. К сожалению, лететь дальше было невозможно. В воздухе здесь стояла красная пыль. Глаза путников заслезились. Пришлось опуститься вниз и приземлиться на красном песчаном берегу.
— Какой горячий песок, — переступая с ноги на ногу, сказала Таммина.
— Горячий, но идти по нему можно, — топчась на одном месте, произнес Белый Единорог.
Видя вдали вздымающиеся волны океана, Таммине не терпелось продолжить путь.
— Давайте поспешим. Нам нужно срочно добраться до воды, — уговаривала она друзей.
— Если нужно, то нужно. Не будем здесь останавливаться. Правда, я предпочту посидеть в сумке. Вдруг лапки обожгу, — промурлыкал Капуш и спрятался в белой сумке Таммины.
Девушка улыбнулась, прижала к себе свою ношу и весело зашагала вперед. Постепенно она прибавляла шаг и скоро побежала. Белый Единорог взволнованно посматривал на девушку и не отставал. Он скакал рядом.
Долго они так подгоняли друг друга. Но океан Всерейн все равно не приближался, а даже, наоборот, как будто отдалялся.
— Не понимаю, почему, несмотря на то, что мы бежим весь день, берег не заканчивается? — тяжело дыша, обратилась Таммина к Белому Единорогу.
— Может, потому что мы спешим? — внимательно посмотрел на нее конь.
— Предлагаешь идти медленнее или вообще остановиться? — крикнула девушка. — Ты понимаешь, что мы не можем тормозить, потому что в пути итак потеряли много времени.
— Хорошо. Как скажешь, — спокойно ответил Единорог. — Только дальше ты не пойдешь. Садись на меня. Я повезу.
На этот раз Таммина не стала возражать. Силы ее, действительно, были на исходе. Она села на коня. И тот очень быстро поскакал вперед. Так они скакали несколько дней и ночей. Таммина то сидела на Белом Единороге, то, устав наблюдать за облаками и бесконечным красным берегом, спешивалась и бежала в сторону океана рядом с белокрылым другом. Капуш тоже то трясся в сумке в такт бегу подруги, то перебирался на спину коню и восседал там словно король.
Однажды Таммине показалось, что они приближаются, и девушка, вскочив на Белого Единорога, воскликнула:
— Вперед! Вперед! Скоро мы достигнем своей цели. Она уже совсем рядом!
Так они мчались до самого вечера, а после и всю ночь. С рассветом девушка увидела, что все их попытки приблизиться к океану тщетны. Его высокие волны, к великому удивлению путников, сейчас находились еще дальше, чем вчера.
— Я уже думаю, что мы не на берегу и впереди не океан. Мне кажется, что мы сейчас находимся в бескрайней пустыне и спешим к миражу, — заплакала девушка. — Ведь невозможно так гнать вперед и не сдвинуться при этом с места.
Таммина плакала навзрыд. Вытирала слезы и отворачивалась от друзей. Она чувствовала себя перед ними виноватой. Сколько сил потрачено впустую. И хоть Белый Единорог не знал усталости, но даже он сейчас, понурив голову, глядел на свои ноги. Его золотые копыта покрылись красной песочной пылью, хвост и грива спутались. Конь выглядел так, будто его поразила болезнь.
— По пути, что мы движемся сейчас, нам до океана не добраться. Здесь нужно придумать что-то другое, — покачал головой Капуш. — Может, тебе выпить Загадочного молока, чтобы понять, в чем тут дело?
— Нет. Молоко прибережем на будущее. Здесь необходимо самим найти выход, — тихо ответила подруга.
— Нужно остановиться и хорошенько подумать, — уверенно сказал Белый Единорог.
Девушка спешилась. Забыв о том, что красный песок горячий, она присела на него и погрузилась в размышления. Рассвет, что виднелся на горизонте, отливал золотисто-розовыми бликами. В разные стороны от поднимающегося солнца раскинулись длинные красные перистые облака. Облака вытягивались и скоро затянули почти все небо. Теперь не только под ногами Таммины все было красным, а и над головой тоже. Это несколько тревожило. Нагнетало печальные мысли.
— Сидите? — вдруг раздался рядом с ними скрипучий старческий голос.
Таммина, Белый Единорог и Капуш разом оглянулись. Позади них стоял низенький горбатый старичок. Его нос раздваивался, на каждом из кончиков которого, росло по большущей бородавке. Его седую голову прикрывала шляпа, сплетенная из водорослей. С нее стекали капельки воды. Было такое впечатление, что старичок только что вышел из океана.
— Здравствуйте, — улыбнулась ему Таммина и окинула незнакомца рассеянным взглядом. Черный плащик, в котором предстал перед ними старичок, был вышит разноцветными кораллами и казался забавным. В нем старичок, если бы из-под шляпы не выбивалась седина, выглядел бы сущим ребенком.
— Пытались перебежать Долгий берег? — усмехнулся незнакомец.
— Да. Но ничего не вышло, — Таммина перевела взгляд со старичка на далекий океан.
— Эх, сколько вас таких. Все спешат куда-то, торопятся. А ведь, как известно, спешка лишь мешает, — покачал головой старичок.
— Почему? Я думала, что медля, можно не успеть туда, куда опаздывать нельзя, — помрачнела девушка.
— Красный берег не зря называется Долгим. Именно это место в нашей стране и существует для таких, как вы. Чтобы дать возможность остановиться и подумать. Потому как хорошо продуманное и осмысленное дело – это уже полдела. А торопясь, спеша, гонясь за драгоценными минутами, никто не замечает, что эти самые минуты и теряет. Да и на бегу, можно натворить много бед. И почему никто этого не понимает? — старичок пожал плечами и сел рядом с Тамминой.
— Вы здесь живете? — спросила она его.
— Почти. Зовут меня Уон. Мой дом – первая волна океана Всерейна. Правда, там сейчас тесновато. Жители дальних волн переселились к прибрежной линии. В глубине-то теперь властвует сам Водоед. Ох, и огромен же он, — развел руками Уон, показывая размеры Водоеда.
— А вы его видели? Какой он? — почти крикнула Таммина.
— О! Конечно, видел. Его щупальца так и рыщут по океану. Недавно одно проползало мимо моей волны. Натерпелся же я страха, — глаза Уона расширились. Видно было, что он в ту минуту, вновь переживает прошлый испуг. — Каждый день он перекачивает воду из водоемов Талантоландии. Всерейн становится все больше и глубже. Но, как ни странно, Долгий берег тоже с ним отодвигается, и пересечь его по-прежнему сложно.
— В чем его загадка? Ведь не вечно же нам теперь сидеть здесь? Нам нужно к океану, — посмотрела на старичка Таммина.
— Есть возможность его пересечь. Однако, как это сделать, вы должны понять сами. Вам для этого необходимо лишь успокоиться и хорошенько обдумать то, что вы собираетесь предпринять, — улыбнулся Уон.
— И все? — уставился на него Капуш.
— Да, — подмигнул ему старичок и тихонько захихикал.
Таммина повернулась к океану. Она смотрела на него так внимательно и неотрывно, будто хотела взглядом приблизить его. Старичок сидел рядом и тыкал пальцами по кораллам на своем плаще. При этом он что-то нашептывал: не то считал камешки, не то читал молитву.
— И долго мы так будем сидеть? — тихонько промурлыкал Капуш.
— Кто его знает, — пожал плечами Уон. — А что скучно?
— Да, — выглядывая из сумки, промурлыкал котенок. — Подремать, что ли?
— Отдохните. А я пока расскажу вам одну историю, произошедшую здесь совсем недавно, — закряхтел Уон, усаживаясь поудобнее. — Начнем с того, что на востоке нашей страны Талантоландии есть Темное болото, на котором живет народ Кочаков. Места там гиблые, глухие и, остальными жителями нашей страны, забытые. Никто туда не ходит, потому что Кочаки – народ мутный и непонятный. На вид они есть большие и маленькие, все как один круглые, покрытые мхом и грязью. Как с ними вести дела, да и просто говорить, неведомо. Постоянно сидят они в болоте, высунув наружу лишь головы. Слова из них не вытянешь. А даже если и захотят что-то сказать, так у них кроме бульканья ничего не получается. Слов не разобрать. Так вот дошла и до них беда. Водоед высосал из их болота всю жидкость. Осталась там только грязь. Да и та скоро высохла. Решили некоторые Кочаки отправиться к океану Всерейну. Тяжелым им показался путь. По дороге так измучились, что дойдя до Долгого берега, то есть как раз до этого самого места, остановились на отдых. Однако был среди них один Кочак, которому все не сиделось на месте. Несмотря на то, что он как и все устал, отдыхать не собирался. Звал остальных в путь, спешил, торопил. Говорил, что дойдя до Водоеда и отдав ему свои души, они хоть досыта напьются и искупаются. Вожак Кочаков с ним не соглашался. Говорил, что нужно отдохнуть, восстановить силы и подумать. Возможно, удастся, перехитрить Водоеда и получить воду, не отдавая душу. Но тот Кочак никого не слушал. Махнул он на них рукой и отправился дальше. Так как он был круглым, то катился вперед очень быстро. Но как бы ни старался, докатиться до океана не мог. Почему? Вы уже поняли сами. Скоро сил у него почти не осталось. Но вредность его не давала ему покоя, и он ни за что не хотел останавливаться. Случайно нашел путь, по которому можно добраться до океана и в считанные минуты очутился рядом с волнами. Однако увидел его Водоед. Подхватил своим щупальцем и закинул Кочака себе в рот. Только его и видели. Не успел Кочак предложить свою душу Водоеду, не успел порадоваться тому, что добрался до воды… Вот и спрашивается, куда торопился, зачем? Не лучше ли было, с сородичами остановиться, все обдумать и тогда продолжить путь. Остальные-то, собравшись с силами и мыслями, отправились дальше. Они нашли тот же короткий путь и добрались до океана. При этом были очень осторожны. Водоеду на глаза старались не попадаться. Сегодня Кочаки живут рядом со мной на Первой волне. От них я и узнал эту историю. Они молодцы! Сейчас обдумывают план уничтожения Водоеда. Не знаю, получится у них или нет. Но хотя бы они заняты правильным делом. Самое время решать что-то и защищать Талантоладию. Иначе… страшно представить, что будет, если вся вода соберется в одном месте.
— Все будет хорошо, — промурлыкал Капуш.
— Откуда тебе знать, — махнул на него Уон. — Маленький, а погляди-ка какой умный.
— Добро всегда побеждает зло! — важно ответил Капуш.
— Может, и всегда. Да только вот скоро ли будет эта победа или придется бороться за нее годами — неизвестно, — горестно вздохнул Уон.
— Здесь не согласиться не могу, — погрустнел и котенок.
— Спасибо вам за историю. Я поняла, что вы хотели ею сказать, — улыбнулась Уону Таммина.
— Рад, если помог, — закряхтел старичок и опять принялся ковырять на своем плаще кораллы.
Таммина расстелила на горячем песке свой белый плащ и прилегла на него. В воздухе по-прежнему летали крупинки песка. Она лежала на спине и наблюдала за переменами в небе, где солнце в эту минуту стояло прямо над ними. Сквозь красные песчинки желтый его цвет выглядел как будто проржавленный.
Девушка смотрела на проплывающие в вышине облака и думала. Ей вспомнился Мистер Тальфус. Его грустный потерянный взгляд. И пусть она видела его только во сне. Глаза правителя Талантоландии запомнились ей так четко, будто она видела их наяву. На душе стало очень спокойно и легко. Мысли прояснились. Она почувствовала себя свободной. Напряжение, что накопилось за последние дни, спало. В задумчивости Таммина не заметила, как одной рукой сжала стрелу с хрустальным наконечником, а другой рукой — кулон с сердцем Нкапхиона. И вдруг кулон сверкнул, а стрела на мгновение нагрелась так, что обожгла руку девушки.
— Ой, — воскликнула она и резко села.
— Что с тобой? — подскочил к ней Капуш.
Таммина показала ему ладонь, на которой появилась красная полоса от ожога и даже выступила капелька крови.
— Это от стрелы? — нахмурившись, спросил Белый Единорог.
— Да, она вдруг стала такой горячей… — девушка смотрела то на ладонь, то на стрелу, которую от неожиданности отбросила в сторону.
— Это знак! — подпрыгнул Капуш. — Нам пора двигаться дальше.
— Я согласна! Нужно идти.
Она встала, положила стрелу в сумку, накинула на плечи белый плащ и посмотрела на далекий океан.
— А где Уон? — спохватился Капуш.
Действительно, старичка в черном плащике с кораллами и след простыл.
— Он рассказал, как можно пройти к океану, и ушел. Он не обязан показывать нам путь. Мы должны найти его сами, — серьезно ответил Белый Единорог.
Друзья двинулись в путь. Таммина пошла первой. На это раз она решила идти не прямо, а продолжить путь вдоль береговой линии, постепенно приближаясь к океану.
Белый Единорог и Капуш, видя ее новый путь, не сказали ни слова. Молчком следовали за подругой. До самого вечера они шли по Долгому берегу. Все их мысли были заняты только одним, а именно: сколько времени займет их путь до океана после встречи с Уоном.
— Надо же. Мы приближаемся. Это невероятно, — удивился Капуш, когда до Всерейна оставалось несколько метров.
— Ты нашла этот путь! Молодец! — похвалил девушку Белый Единорог.
— Мое сердце вело меня. Подсказывало, куда нужно идти, — радостно улыбнулась Таммина, вдыхая соленый запах океана.
— Внутренний голос всегда подсказывает нам верные решения. Главное, уметь его слышать, — произнес Белый Единорог.
— Истинная правда! — промурлыкал Капуш.
За вечером наступила ночь. На небе из-за горизонта выползла голубая луна. Сквозь пелену красного песка луна казалась не единым целым, а скоплением множества бело-голубых мушек. Золотистые линии, что тянулись вокруг луны, вообще не проявлялись.
От океана до путников долетал легкий прохладный ветерок, донося до них шум волн. В темноте Таммина с трудом различала ту самую границу, где заканчивался берег и начинался океан. Только Капуш отлично ориентировался в ночи.
— Я вижу, что Долгий берег за нами совсем узкий. Его можно было перейти за час, а мы бродили несколько дней, — сказал котенок.
— Не оглядывайся назад. Каким бы ни был путь, если он приводит к цели, верный. Значит, все эти испытания нам нужно было преодолеть, — спокойно произнес Белый Единорог.
— Это точно. Теперь я понимаю, что когда в голове сумбур, когда мысли заняты только тем, как бы поскорее сделать то или иное дело, когда не думаешь, а правильно ли это делаешь, ничего хорошего выйти не может, — серьезно произнесла Таммина.
Хорошо, что сейчас в темноте Белый Единорог с Капушем не видели ее глаз, в которых сверкали упрямство и решимость. Таммина сжимала зубы, чуть ли не до скрипа. Ей хотелось опять побежать к океану, кинуться в волны и задержать дыхание. Остановить так быстро утекающее время. Но девушка осознавала, что сделать это невозможно. Однако, несмотря на это, она все крепче сжимала кулачки и пристальней вглядывалась в далекий туманный горизонт.

Глава 16
Мудрый Уон
Мудрец сам творит свою судьбу.
ПЛАВТ

После ночи, что Белый Единорог, Таммина и Капуш провели возле океана, друзья решили продолжить путь, летя по небу. Над океаном не было красной пыли от песка, а значит, ничего не мешало подняться в воздух и спокойно скакать по облакам.
— У вас ничего не получится. Водоед видит все, что происходит над поверхностью, — пояснил опять появившийся из океана старичок Уон.
— Как же быть? — спросила его удивленно Таммина.
— У вас только один путь, — улыбнулся Уон и взялся пересчитывать кораллы на своем плаще.
— Какой? — наблюдая за медлительным старичком, не удержалась и спросила девушка.
— Под водой, — скользнул взглядом по океану Уон.
— Мы не сможем там дышать, — нахмурилась Таммина.
— А с чего вы взяли, что там нет кислорода? — хитро усмехнулся старичок и поправил шляпу, с которой, как и в прошлый раз, капала вода.
— Сколько до этого я плавала в Фиолетовом океане, никогда под водой не могла удержаться больше двух минут, — грустно вздохнула девушка.
— То Фиолетовый океан, — улыбнулся Уон. — Всерейн — другой. В нем почти также, как на поверхности. Впрочем, все увидите сами.
Старичок почесал свой раздвоенный нос и решительно направился к океану. Таммина и ее друзья ошарашено смотрели ему вслед.
— Чего стоите? Давайте за мной, — оглянулся Уон.
Путники осторожно пошли за старичком. Уон, оказавшись у воды, прыгнул на первую волну. Он не погрузился в воду, а вполне спокойно стоял на ее поверхности, как будто на земле. Его ноги лишь немного промокли.
— Ну чего вы, как неживые, — махнул он путникам рукой. — Прыгайте за мной, иначе сейчас волна откатится назад. Тогда вы меня потеряете.
Таммина с Капушем на руках и Белый Единорог перепрыгнули с песка на волну и, стоя на ней, слегка покачиваясь, поплыли. Правда, плыть им пришлось недолго. Скоро волна закрутилась в воронку и все, кто на ней был, медленно стали погружаться в воду.
Когда друзья оказались в воде, они разом задержали дыхание. Каждый из них испытывал чувство страха. Вдруг они захлебнутся? Но, выдохнув, путники почувствовали, что никаких проблем с дыханием нет. Здесь так же легко и свободно дышится, как и на земле.
— Я не ожидала, что такое может быть, — удивлялась Таммина и глубоко вдыхала океанский воздух. Капуш и Белый Единорог тоже наслаждались свежестью.
— Рад. Очень рад видеть вас у себя в гостях, — заулыбался Уон, поочередно поглядывая на путников.
Таммина и ее друзья тем временем осматривались по сторонам. Только сейчас они заметили, что стоят на прозрачной пластине, состоящей из твердой воды. Пластина медленно несла их среди разноцветных кораллов разных форм и размеров. Одни были похожи на деревья, другие — на цветы, а третьи вообще напоминали геометрические фигуры. Причем, каждая из которых меняла форму ежеминутно. То коралл был в виде треугольника, то плавно переформировывался в квадрат. Зрелище это путников завораживало.
Вода вокруг пузырилась. Мелкие воздушные шарики кружили рядом, создавая удивительные узоры. Мимо них проплывали огромные и крохотные рыбы, прозрачные медузы и плоские скаты. Никто из них не обращал внимания на незнакомцев. Видимо, к появлению чужих здесь давно привыкли.
В океане было спокойно и хорошо. Мысли о страшном Водоеде, не приходили в голову. Жители Всерейна мирно плавали между кораллами и вели себя так, будто им ничего не угрожало. Это обстоятельство несколько смутило Таммину.
— Неужели им все равно? — спросила она Уона.
— Здесь только и думают о Водоеде, но время борьбы пока не наступило. Все ждут того самого часа, когда ринутся в бой, — попытался успокоить ее старичок.
— Да как же? Я вижу, что все словно в сонном царстве, — не переставала недоумевать девушка.
Уон весело засмеялся:
— А как вы думаете, мы должны себя вести? Бегать? Кричать? Рвать на себе волосы?
— Ну, нет. По крайней мере, не быть такими спокойными, — смутилась девушка.
— Говорят, что мир, который нас окружает, мы создаем себе сами. Поверь лучше его строить красиво, надежно, все взвесив и обдумав, нежели второпях и кое-как. Потому что в этом случае мир рухнет при первом же испытании. Разве это нужно?
— Я не об этом, — еще больше смутилась Таммина. Она поняла свою неправоту, но признаваться в этом не хотела.
Уон внимательно посмотрел на девушку и понял ее волнение. Он решил заговорить о другом.
— Вот мой дом. Проходите, — пригласил он путников в свое жилище.
Таммина и ее друзья с удивлением смотрели на огромный пузырь — дом Уона. Пузырь с одной стороны был прозрачным, а с другой оранжевым. Внутри него виднелись еще мелкие пузырьки в виде цветочков.
Когда Уон прошел сквозь стенку пузыря, Таммина и Капуш сделали то же самое. Белый Единорог остался снаружи на прозрачной пластине. Он прилег на ней и, пожевывая зеленые водоросли, растущие возле дома старичка, задремал.
Таммина и Капуш, оказавшись внутри пузыря, увидели, что дом Уона совсем не такой, как снаружи. Внутри он состоял из множества комнат, которые совсем не были прозрачными. И мелких пузырьков, что видели друзья, стоя на пороге дома, здесь не наблюдалось.
— Удивлены? — хитро улыбнулся Уон.
— Да. Здесь все по-другому, — начала Таммина.
— Очень часто первое впечатление обманчиво. Чтобы увидеть суть, необходимо присмотреться, вникнуть, понять глубину того, что сейчас является предметом твоего внимания.
Таммина слушала Уона и кивала головой. Он говорил понятные знакомые ей вещи, над которыми она почему-то никогда серьезно не размышляла. На острове Перламутровых Валунов ничего особенного не происходило. Она вела там спокойную, размеренную жизнь. И мысли ее были только о себе, Капуше, маленьком садике и рисунках на камнях. Девушка вспомнила то сердце, которое она нарисовала возле Изумрудного озера, и в горле собрался горький ком. А вдруг она тогда ушла от чего-то важного, просто не разглядев его суть. Она прикоснулась к кулону. «Хорошо, что хоть сердце Нкапхиона я взяла с собой», — подумала Таммина, и две слезинки скатились с ее глаз. Девушка быстро их стерла. Еще не хватало, чтобы Уон принял ее за слабовольную.
— Так. Сейчас я вас покормлю. Ведь вы, наверное, голодны, — пробормотал старичок и прошел в маленькую кухоньку, где на стенах висели полочки и шкафчики.
Таммина с удивлением наблюдала за Уоном, который быстро выбрал из многочисленных баночек, кувшинчиков, кастрюлек, необходимые блюда и поставил их на круглом столе. После старичок кивком головы пригласил гостей отобедать.
Из угощений на столе Таммина увидела два больших блюда. В одном через край переваливались морские овощи: огурцы, капуста, морковь. Выглядели они почти как те, что растут на земле, но ярче и сочнее. Капельки сока стекали с овощей. Глядя на еду, очень хотелось поскорее ее взять и попробовать. Казалось, что на вкус овощи должны быть очень свежими. В другом блюде, что стояло рядом, лежала странная, бледно-коричневая, почти сухая и неаппетитная соломка.
— Я хочу попробовать вон то, — указал Капуш на ярко-зеленый огурец.
— Мне бы тоже хотелось что-то из того блюда, — сказала и Таммина.
— Кушайте на здоровье, — улыбнулся Уон и положил на тарелочки по ароматному огурчику.
Девушка и котенок жадно накинулись на еду. Но, надкусив морское угощение, почувствовали такой приторно-сладкий вкус, что с трудом его проглотили. Больше овощей им не хотелось. Однако обижать Уона тоже было нельзя. Таммина и Капуш кое-как доели огурец и отодвинулись от стола.
— Может, вы отведаете еще и зрильки? — предложил Уон и положил им на тарелочки несколько суховатых соломинок.
— Спасибо, — сказала Таммина и, улыбаясь, откусила одну из зрилек. Девушка думала, что сейчас будет что-то горькое или соленое, но на вкус зрильки оказались приятными и слегка кисловатыми.
— Попробуйте их с соусом из водорослей, — подставил хозяин дома перед гостями небольшую глубокую пиалочку с густой темно-зеленой жидкостью.
Таммина обмакнула соломинку в соус и попробовала.
— Как вкусно, — закатив глаза от наслаждения, произнесла она.
Капуш глядя, как подруга с аппетитом поглощает зрильки, тоже обмакнул в соус и откусил кусочек.
— И, правда. Просто восторг, — хрустя соломкой, промурлыкал котенок. — А по виду и не скажешь, что они такие вкусные. Овощи, выглядят лучше, а на вкус, извиняюсь, похуже.
Уон громко захихикал.
— Я всего лишь хотел проверить, как вы усвоили мой недавний урок, — давясь смехом, сказал старичок.
Таммина и Капуш переглянулись. Уон был не так прост, как показался им вначале.
— Впереди вам предстоит еще многое увидеть, попробовать, прочувствовать. И не всегда все, что вас окружает, будет прекрасным. Кое-что имеет и горьковатый вкус, — произнес старичок и задумчиво посмотрел на гостей. — Вам нужно научиться разбираться в тех, кто рядом с вами. Вот я, например. Вы уверены, что я не подослан к вам самим Крахмором? Вы думаете, он не знает о вашем существовании? Еще как знает. Именно по его приказу черные птицы Чжаки охотятся за вами.
— Я знаю, — грустно улыбнулась Таммина. — И я также знаю, что вы не от колдуна.
Уон широко улыбнулся. В его глазах промелькнула детская радость. Он озорно подпрыгнул, хлопнул в ладоши и пустился в пляс. Таммина и Капуш, глядя на него, тоже встали и пошли пританцовывать. Они смеялись и обнимались, давно уже не испытывая такого радостного чувства.
После друзья, тяжело дыша, сели на мягкие подушечки набитые водорослями.
— Путешествуя под водой, вы в относительной безопасности. Здесь птицы Чжаки вас не увидят. Но и про Водоеда забывать нельзя. Он тоже очень опасен. Его длинные щупальца и хобот тянутся по всему океану, — покачал головой Уон.
— Что же делать? — загрустила Таммина. — Нам необходимо добраться до Радограда.
— Мы что-нибудь придумаем, — подбодрил ее добрый старичок.
В эту минуту в океане поднялся настоящий ураган. Дом Уона завертелся так, что все те, кто был внутри, летали по комнатам словно мячики. Хорошо, что стены дома старичка были мягкими, а то бы Таммина, Капуш и Уон поломали себе все косточки.
— Что происходит? — закричала девушка. На лету она успела схватить котенка и прижать его к себе. Другой рукой она держала сумку со стрелой, потому что боялась ее выронить и потерять.
— Водоед разбушевался, — стукаясь о стены своего дома, выкрикнул Уон.
— Такое здесь часто бывает? — зацепившись за ножку стола, спросила его Таммина.
— Почти каждый день, — охая, произнес старичок. — Он ведь все время голоден. Вот и гоняет волны по океану, чтобы напугать его жителей. А когда те, спасаясь, кинутся по воде, он их и ловит. Глотает как есть, даже не прожевывая.
— И долго это продолжается? — крикнула Таммина, потирая шишку на лбу, которую успела посадить себе, ударившись о шкафчик с кастрюльками.
— Когда как, — пролетая под потолком, крикнул Уон.
— А Белый Единорог? Что с ним? Вдруг Водоед его поймает? — испуганно крикнула девушка.
— Не волнуйся. Я уверен, твой крылатый друг не попадет в беду. Это не простой конь. Тебе давно пора это понять, — цепляясь за пролетающие мимо подушки, ответил старичок.
— Это не значит, что я не должна о нем беспокоиться. Я его люблю! Он мой друг! — обиделась Таммина. Ей не понравилось, что старичок порой разговаривает с ней, как с глупышкой.
— У тебя добрая отзывчивая душа. Тебе впору открыть любые двери, — улыбнулся многозначительно Уон и упал на пол.
Дом наконец-то замер. Таммина и Капуш тоже упали рядом с Уоном и взялись растирать шишки, которые успели набить себе за последние несколько минут.
— Кажется, Водоед насытился, — поджимая губы и вытирая нос, произнес старичок.
— Жаль, для кого-то сегодня оборвалась жизнь, — посмотрела на старичка девушка.
— Для трусливых и оборвалась, — вздохнул Уон. — Если бы они не паниковали, остались бы в живых.
— Если бы, — эхом повторила за ним Таммина. — Трусом быть, конечно, плохо, но ведь это не значит, что жизнь из-за внутреннего страха не имеет цены?
— Верно, — поправляя свой плащ, покряхтел старичок.
Пока Уон и Капуш приводили дом в порядок, Таммина вышла из пузыря. Белый Единорог стоял на прозрачной тонкой пластине и настороженно смотрел на огромный щупалец, который неподвижно лежал на дне океана рядом с домиком Уона.
Его темно-красные присоски и коготь в виде остроконечного крючка выглядели угрожающе. Те, кто не успел спрятаться, попали под огромный щупалец и тот час же были раздавлены.
— Ты не ранен? — спросила Таммина Белого Единорога.
— Я в порядке. Но что здесь произошло, — конь хмуро посмотрел на подругу. — Поднялась земля со дна океана. Вода помутнела. Щупалец монстра мотало из стороны в сторону. Водоед бил им по дну, сотрясая все своими мощными ударами. Многие жители океана попрятались, а некоторые метались в воде, как сумасшедшие. Они-то и стали пищей для чудища. Водоед их хватал щупальцем и уносил туда, — Белый Единорог кивнул вглубь океана, — Там, он их, скорее всего, съел, потому что после стихло, и оттуда уже никто не вернулся.
— А как же этот щупалец? — прошептала девушка, будто боялась кого-то разбудить.
— Он нас не слышит. У его конечностей нет ушей. А голова Водоеда далеко, — улыбнулся Уон, который вышел из дому. — Щупалец будет здесь лежать до завтрашнего дня. Пока Водоед не проголодается. Потом он опять поднимет бурю и переместится в другую часть океана.
За пять минут возле дома старичка собралась толпа жителей Всерейна. Некоторые их них жаловались на судьбу. Хотя совсем недавно были спокойны и добры.
— Когда прекратится эта мясорубка. Скольких из нас еще съест Водоед пока найдется тот, кто его одолеет? — пропищал морской конек.
— Ага. Я сегодня чуть не потеряла доченьку и сыночка, — прошептала медуза.
— Перестаньте ныть. Мы уже договорились ждать и готовиться к борьбе, — пробулькал один из толпы Кочаков.
— Друзья, мы должны верить в лучшее, — заговорил Уон. Старичок был серьезен и хмур. — Я уже рассказывал вам одну историю, где победу воины одержали благодаря вере в себя. Если кто-то невнимательно слушал или забыл, я ее сейчас повторю.
Таммина, Капуш и Белый Единорог переглянулись. Жители Всерейна замолчали и приготовились выслушать мудрого Уона.
Старичок поправил шляпу и тихим голосом заговорил:
— Много лет назад пришла в нашу страну беда. Не менее страшная, чем сегодняшняя. Налетела тогда на нашу страну армия из воинов с другой планеты, главенствовал которой сам Сеуки. Хотели они покорить нас и превратить в своих рабов. В борьбу с ними вступил великий воин Радгор. Со своей многочисленной армией он выступил против пришельцев. Много дней и ночей сражались две огромных армии, но никто победить не мог. Решили тогда Сеуки вызвать подкрепление. За одну ночь численность его армии выросла в несколько раз. Радгору же подмоги ждать было неоткуда. А те воины, что были рядом с ним, уже ослабли и потеряли надежду на лучшее. Многие начали поговаривать об отступлении. Радгор понимал, что ему с ослабевшим и поредевшим войском, не победить. Однако Радгор был не только смел и силен, а еще и мудр. Он также знал, что сердце наполненное верой и надеждой, способно одолеть страх, боль и достичь успеха. Чтобы его армия вновь воспряла духом, Радгор, помолившись, в одну из редких минут отдыха обратился к воинам. Он сказал, что сегодня им предстоит последний бой. Победят они или потерпят поражение можно узнать по его знаменитому мечу. Тут же Радгор взмахнул своим боевым оружием над головами воинов и вложил его в ножны. «Если сейчас, достав меч, мы увидим на нем капельки крови, мы победим врага. Если же меч будет чист, нас ждет участь пленников». Воины затрепетали. Всем не терпелось узнать, что их ждет. Через минуту Радгор достал меч из ножен. На нем блестели капельки алой крови. В эту минуту раздался по равнине клич. Бросились воины Радгора в бой. И, несмотря на их малую численность, смели врага, растоптали. После боя подошел к Радгору один из его старых воинов и сказал: «Я удивлен тому, что мы победили. Сама судьба вела нас к смерти». «Нет, — ответил ему Радгор. — Это мы ведем судьбу». Великий воин и мудрец снял свой сапог и показал старику левую ступню, на которой не было одного пальца. После Радгор перевернул ножны, и из них выпал обрубок пальца. «Ты специально отрубил себе палец и положил его в ножны, чтобы меч был окровавлен? Все было подстроено?» — удивился старый воин. Радгор молчал. «Ты и, правда, великий мудрец! — подумав, серьезно произнес старик. — Благодаря твоему уму мы сегодня живы, свободны и, самое главное, одержали победу, несмотря на то, что все уже пали духом.
Сказав это, Уон смолк. Собравшиеся возле его дома смотрели друг на друга и не произносили ни слова. Таммина, Капуш и Белый Единорог тоже молчали. Таммина думала о своей вере. Достаточно ли ее, чтобы не только идти вперед самой, но, если понадобится, повести за собой других.

Глава 17
Водоед
Да, пусть наш путь окажется не гладок,
Преграды все мы уберём любя,
Не важно, будет ли финал нам сладок,
В пути мы обретаем веру и себя!
ОЛЬГА ПАРТАЛА

Продвигаться дальше Белый Единорог, Таммина и Капуш решили по щупальцу Водоеда. Только так они могли выйти на самого монстра, а им очень хотелось увидеть его своими глазами.
Прощаясь с гостями, Уон прослезился. Он не хотел расставаться, потому что полюбил их за это короткое время всем сердцем. Кроме того, старичок переживал за Таммину, догадываясь, куда и зачем она идет.
Несколько жителей океана, в том числе и пара Кочаков, вызвались проводить Таммину и ее друзей до Второй волны. Однако передвигаться по щупальцу Водоеда наотрез отказались. Плыли вслед за путниками чуть поодаль.
Таммина, Капуш и Белый Единорог осторожно ступали по шероховатому щупальцу монстра, который под их ногами казался почти каменным. Кожа его была настолько твердой и толстой, что тот ничего не чувствовал. Это обстоятельство сначала обрадовало девушку, но потом она поняла — пронзить его стрелой или отрубить щупалец, все равно невозможно. Водоед неуязвим. Крахмор хорошо постарался, когда его создавал. Он сотворил отличного монстра, одолеть которого очень трудно.
— Ах, какая красота! — восхищался Капуш, разглядывая проплывающие мимо цветы.
— Это Блуждающие Цвики, — пояснил им Дельфин. — Они плавают по океану и радуют его жителей.
— Прелесть! — улыбнулась девушка, когда один из Блуждающих цветков, проплывая мимо, задел ее волосы. На голове девушки тут же появились, словно выросли из воздуха, еще штук десять разноцветных, нежных, полупрозрачных цветов. Их лепестки в воде играли шариками света, что находились внутри самих лепестков. На какие-то секундочки цветы потухали и становились почти обычными, но тут же опять вспыхивали, излучая мягкий желтый свет.
Скоро друзья дошли до Второй волны и попрощались с провожатыми.
— Будьте осторожны, — пробулькали им Кочаки.
— Мы будем ждать вас на обратном пути, — улыбнулся Дельфин и вместе с Кочаками поплыл к Первой волне.
Ступив в пределы Второй волны, друзья сразу заметили затишье и запустение. Ни одной живой души вокруг не было. Кораллы, что когда-то здесь процветали, сейчас выглядели бесцветными и местами покрытыми илом. Нечто похожее на водоросли затянуло часть дна. Отчего вид океана сделался мрачным и зловещим. Кое-где из дна торчали, точно острые зубья, обломки кораблей. Видно, немало мореплавателей загубил океанский монстр.
— Эх, не нравится мне тут. Того и гляди акула выплывет или еще какая злобная тварь, — боязливо промурлыкал Капуш.
— Нет здесь никого. Думаю, даже акулы предпочитают держаться подальше от этого места, — нахмурился Белый Единорог.
— Ага, вижу, что все, кто пытался здесь проскользнуть или побороться с ним, поплатились своими жизнями, — кивнул Капуш на яму, где лежали белые кости.
— Да, это те, кто не попал в пузо чудовища. Потому как от тех, кого он проглотил, и костей не осталось, — еще больше нахмурился конь.
— Тяжело жителям Всерейна, — загрустила Таммина.
— Скоро будет тяжело всем. Когда воды нигде не останется, все придут сюда, — напомнил Капуш.
— И Водоед с Крахмором никого не пожалеют, — покачал головой Белый Единорог.
Таммина почувствовала, как к горлу подкатывает камень, как слезы душат и выступают на глазах. От того, что она сейчас увидела, сердце девушки разрывалось на кусочки. Останки, когда-то живых талантоландцев, наводили ужас. Душа девушки трепетала, стоило ей только представить, как мучились те, кому пришлось испытать на себе жестокость Водоеда.
— Если колдуна не остановить, запустение и кости станут главным атрибутом нашей страны.
Пройдя еще немного, друзья заметили, что вода мутнеет. Откуда-то из-под ног начали вылезать мелкие черные пузыри. Пузыри время от времени лопались и расползались темными пятнами. Именно от них видимость ухудшилась. Таммина посадила Капуша в сумку, села на Белого Единорога и попросила друга продвигаться дальше осторожнее.
— Как бы нам не упасть со щупальца Водоеда, — произнесла тихонько девушка. Ее настораживало то, что с каждым их шагом не только ухудшалась местность, а и сердца их начинали трепетать от страха. Казалось, будто именно эти пузыри являлись разносчиками вируса боязни. Чем чаще и крупнее они появлялись перед глазами путников, тем те сильнее прижимались друг к другу. У Капуша даже от страха застучали зубы.
— Мне кажется, пузыри живые, — прошептал котенок.
— Не может быть, — отрицательно покачала головой девушка.
— Очень даже возможно, — настаивал Капуш. — Разве ты не видишь, они снуют именно вокруг нас, будто разглядывают.
— Капуш, малыш, ты просто перенервничал, — с усилием улыбнулась Таммина. Ей тоже казалось, что пузыри смотрят на них. Хотя чем они могли смотреть. Глаз у них не было.
— Они, действительно, за нами наблюдают, — произнес Белый Единорог. — Это же Черные глазницы. Разве вы ничего о них никогда не слышали?
— Нет, — Капуш и Таммина удивленно переглянулись.
— Черные глазницы живут только в океане Всерейне. Они, по сути, не опасны. По крайней мере, физической боли нанести не могут. Но свести с ума — в два счета. Они плавают стайками, выбирают себе жертву и начинают на них неотрывно смотреть, чем и пугают. Потому что на самом деле глаз у них нет, но Черные глазницы видят еще лучше и дальше. Они заглядывают в душу и тревожат самые ужасные чувства и воспоминания.
— Я на себе уже почувствовал их взгляды, — промурлыкал Капуш.
— Я так понимаю, сейчас их жертвы – мы? — тревожно спросила крылатого друга Таммина.
— Да. Мы, — нахмурился Белый Единорог. — Если мы будем продолжать смотреть на Черные глазницы, то точно сойдем с ума. Давайте-ка лучше вспомним что-нибудь веселое, чтобы они не смогли достать из наших душ ужасные воспоминания.
— Это сложно. В голову ничего доброго не приходит. Одни страшилки, — дрожал Капуш и глубже зарывался в сумку. Там хоть и не видно было Черных глазниц, но присутствие их все равно ощущалось. И это пугало котенка не меньше.
— Что вспомнить, не знаю. Но мне сейчас очень захотелось стать такой же маленькой, как Мань-Тунь-Пань и покататься на его дирижабле, — улыбнулась Таммина, представив удивление малыша из кактусовых зарослей. — Мы бы вместе слетали в город Чистюль и помогли им помыть тротуары.
Капуш тоже радостно замурлыкал. Мысли об отважном маленьком изобретателе вызвали у него улыбку. Белый Единорог тоже вспомнил, как прилетел к нему Мань-Тунь-Пань из пещеры и рассказал о плане Таммины. Порадовался тогда Белый Единорог за малыша, потому что тот вновь обрел свою маму и счастливо на нее посматривал.
— Интересно, как он сейчас поживает? — выглянул из сумки Капуш.
— Думаю, замечательно. Наверное, изобретает опять что-нибудь новенькое, — улыбнулась Таммина.
За разговором друзья не заметили, как Черные глазницы исчезли. Вода вокруг стала опять почти чистая и прозрачная. Лишь кое-где плавали тонкие соломинки, травинки, древесные веточки.
Через несколько часов путешествия, путники приблизились к самому Водоеду. Он был похож на огромную гору. Бока его раздувались при вдохе и сдувались при выдохе так, что вода ходила ходуном. Восемь длинных щупалец он раскинул в разные стороны. В вечернем полумраке он выглядел тенью от монстра, а не самим чудищем, потому что был серовато-грязного цвета, весь в пупырышках и бородавках. Его туловище, в отличие от щупалец, покрывала чешуя. Некоторые бородавки Водоеда лопались, и из них вытекала густая коричневая жижа. Она стекала на дно и там превращалась в слизь.
Таммина подняла голову. Сквозь кромку воды проглядывала голубая луна. Ее лучи падали на морского монстра. И от этого его чешуя в редких местах поблескивала. Девушка долго разглядывала чудище, но глаз и пасти его так и не увидела. Только толстый хобот, напоминающий трубу, поднимался к поверхности воды. Конец его, как догадались друзья, сейчас блуждал по Талантоландии в поисках водоемов.
— Нам лучше убраться отсюда, пока он не проснулся, — посмотрел на друзей Капуш.
— Конечно. Мы уйдем. Не переживай. На завтрак мы ему точно не достанемся, — погладила маленького рыжего друга Таммина.
— Как знать. Как знать, — эхом отозвался Капуш.
— Ты чего? Испугался? — покосилась на него Таммина. — Мы вместе! Нам никто не страшен! Запомни это.
— Ага. Вот как недавние Черные глазницы, — буркнул котенок.
— Как они, — тихонько засмеялась девушка.
Белый Единорог спрыгнул со щупальца Водоеда и осторожно поскакал вокруг него, пытаясь объехать чудище стороной. Таммина и Капуш не сводили с монстра глаз. Капуш особенно внимательно следил за ним. Если вдруг тот проснется, он хоть успеет предупредить друзей.
Когда Водоед остался позади, путники подумали, что опасность миновала. Но тут произошло непредвиденное. Вода вокруг путников до самой поверхности стала отходить в сторону, образуя сухое пространство. Друзья оказались в глубокой яме с водяными стенами. Таммина попыталась прикоснуться к одной из стен, но ее словно кипятком обожгло.
— Что делать? Мы в ловушке, — промурлыкал горестно Капуш.
— Сейчас было бы лучше взлететь, но эта яма настолько узкая, что я не могу взмахнуть крыльями, — осматриваясь, произнес Белый Единорог.
— Мы выберемся. Не отчаивайтесь, — успокаивала Капуша подруга.
Не успели друзья опомниться, как вода, что образовывала стены, забурлила и хлынула на них. Белый Единорог, Таммина и Капуш снова погрузились под воду, которая сейчас уже оказалась чуть теплой, хотя всего несколько минут назад обжигала. Впрочем, размышлять об этой загадке времени не было. Друзья, оглядываясь на просыпающегося Водоеда, поспешили отойти от монстра подальше.
— Он, кажется, проголодался. Сейчас как раскинет свои щупальца, — испуганно воскликнул Капуш.
— Вспомни слова Уона. Перестань дрожать, — пристыдила друга Таммина.
— Нам нужно спрятаться вон за тот обломок лодки, — кивнул Белый Единорог на груду металла и костей. За одну минуту он донес друзей до ужасающей кучи останков. Но деваться было некуда и друзья, укрывшись, затихли. Они издалека наблюдали за движениями Водоеда.
Тот медленно подтягивал свои щупальца. Туловище его качалось из стороны в сторону. От него по воде поплыли сгустки слизи. Когда его конечности собрались возле туловища, Водоед приподнялся. Хобот задрожал и, постепенно убыстряясь, закрутился по часовой стрелке, создавая воронку. Вода вокруг заволновалась, со дна поднялся ил. Скоро рассмотреть уже ничего нельзя было, разве что только мутный силуэт чудища. Боясь улететь в разрастающуюся воронку, друзья подлезли под небольшие углубления в костях, которые почти окаменели и стали единым целым.
Уже через пять минут после того, как проснулся Водоед, в океане началась настоящая буря. С разных сторон с невероятной скоростью неслись жители Всерейна. Те, кто пролетал мимо Таммины, Капуша и Белого Единорога, пытались ухватиться за груду костей и металла, но сил у них не хватало. В какие-то доли секунд Таммина замечала глаза жертв Водоеда проносящихся рядом с нею. В них стоял такой ужас, что сердце девушки содрогалось. Ей хотелось выбежать и помочь хоть кому-то, но стоило только оторвать руку от груды костей, как ее самую начинало тянуть в водоворот. Таммина плакала. Слез ее, правда, все равно никто не видел, потому что в воде они сразу растворялись и становились частью океана.
Когда все те, кого принесло сюда бурей, оказались в водовороте, из туловища Водоеда вытянулась огромная присоска. Она раскрылась и стала всасывать своих жертв внутрь. Таммина видела, как искажены лица погибающих, как их рты широко открыты. Видимо, они кричали от страха. Но крики их заглушал рокот воды.
За десять минут монстр проглотил всех, кто, поддавшись страху, покинул свои жилища и угодил в водоворот. После присоска опять уменьшилась и втянулась в туловище Водоеда. Если бы Таммина и ее друзья не наблюдали за тем, как монстр поедает несчастных, то никогда бы не догадались о существовании у него такого необычного рта.
После хобот Водоеда ненадолго замер. Вода в океане стала успокаиваться. Сам монстр грохнулся на дно и откинул щупальца. И те с громким грохотом, сотрясая все вокруг, растянулись в разные стороны. Водоед снова задремал. Хобот его медленно поднимался вверх и то был неподвижен, то сжимаясь и разжимаясь, перекачивал воду из водоемов Талантоландии во Всерейн.
— Удивительно. Чудовище спит, а хобот трудится. Как такое возможно? — прошептал Капуш.
— Крахмору так удобнее, — пояснил Белый Единорог.
— Интересно, какой он, — задумчиво произнес котенок.
— Колдун? — уточнила Таммина.
Капуш кивнул.
— Доведется с ним встретиться, и увидишь, — посерьезнел конь.
— Я не горю желанием с ним общаться, — отпрянул Капуш.
— Он тебя спрашивать не будет. Его птицы Чжаки ищут нас. Как ты думаешь, для чего? — покосился на него Белый Единорог. — Уж точно не для того, чтобы пригласить на праздник.
Капуш посмотрел на Таммину, затем на Единорога и, сложив лапки на своей груди, запричитал:
— Хорошо бы нам пройти до Радограда без приключений. Не погибнуть в лапах черных птиц Крахмора. Пусть он забудет о нашем существовании.
— Капуш, я тебя не узнаю. Ты чего? — с легкой улыбкой посмотрела на маленького друга девушка.
— Все в порядке. Просто минута слабости, — в секунду переменился котенок. Сейчас он озорно хихикал, поглядывая по сторонам и вытирая коротенькие усики.
— Скажи еще, что проверял нашу реакцию на твое нытье, — усмехнулась подруга.
— Вроде того, — схитрил котенок.
Друзья разговаривали и поглядывали на Водоеда. Он был неподвижен. Путники вскочили на его огромный щупалец и поскакали в противоположном направлении от Первой волны. Они надеялись к утру добраться до Радограда.

Глава 18
Радоград
Дремотно утро. Посеревший свод.
Вот дом-картинка, прилепился апликатом.
Взломав границу прошлого заката
Черту свою ломает горизонт.
ЮРИЙ ХОДАРЧЕНКО

Всю ночь путники скакали по щупальцу. Квадратная голубая луна освещала им путь. Ни Белый Единорог, ни Таммина, ни Капуш не знали, куда именно нужно идти. Однако, ориентируясь по окружающей местности, считали, что не ошибаются в правильности своего пути. Вода по мере их продвижения вперед постепенно становилась чище и прозрачнее. Кости и обломки уже не встречались. Кое-где появилась редкая растительность. Небольшие розовые и синие кустики произрастали из темного ила. На их макушках красовались беленькие в голубую крапинку цветочки. Их длинные красные тычинки выглядывали из бутончиков, словно язычки.
Чем они дальше продвигались, тем растительность становилась гуще и выше. Скоро путники оказались в узком туннеле, где по бокам и сверху все было затянуто морскими вьюнками. В полумрачном проходе светились лишь яркие малиновые цветы, растущие на вьюнках.
Когда Таммина приблизилась к одному из бутонов для того, чтобы рассмотреть его, он вдруг оторвался от растения и, замахав лепестками, словно крылышками, отплыл от девушки. Она, глядя на цветок, представила себе бабочку. Уж очень он напоминал земных крылатых красавиц.
Около двух часов путники шли по растительному коридору. Выйдя из него, друзья увидели, что на небе выглянуло золотое солнышко. Сейчас им удалось хорошенько рассмотреть местность. Они не ошиблись с выбором пути, потому что прямо перед ними раскинулся пышный сад из водорослей, камней и кораллов. За ним виднелись стены Радограда, которые высоко поднимались над водой.
— Наконец-то мы пришли, — восхищенно произнес Капуш, рассматривая даль. — Даже не думал, что может быть такой город. Основание его находится под водой, а верхние этажи над водой. Купола же, смотрите, выше облаков.
— Да. Я и представить такого не могла, — улыбнулась Таммина. — Мы так долго сюда добирались, а ведь в начале пути точно не знали куда, зачем и для чего идем.
— Как же не знали? — удивился котенок и посмотрел на нее с укоризной.
Таммина вспомнила, с чего началось их путешествие, а именно с видения в подзорную трубу. Мысль о Мистере Тальфусе пронеслась в голове и будто обожгла ее. «Неужели я его увижу?» — подумала девушка.
Солнце тем временем поднималось все выше. Его лучи преломлялись в воде и, падая на удивительный сад, словно его оживляли. Лучи света, движимые колыханием волн, бродили по кораллам, камням и водорослям. Смотря на игру света и цвета, путникам показалось, что они находятся на каком-то важном торжестве. Настолько это великолепие поднимало настроение.
— Почему здесь никого не видно, — подозрительно покосился на сад Капуш. — Водоед отсюда далеко. Угрозы нет.
— Жители Радограда сидят по домам не от того, что боятся монстра, — заговорил Белый Единорог. — Правитель в забытье. Чему веселиться? Наверняка, они без излишней суеты ждут перемен.
— Откуда ты знаешь? — спросил его Капуш.
Белый Единорог наклонил голову, грустно вздохнул и тихо сказал:
— Я догадываюсь.
— Я тоже так думал, — как будто не замечая унылого вида крылатого друга, промурлыкал котенок. — Надеюсь, войдя в Радоград, мы все же встретим его жителей.
— А как ты их себе представляешь?
— Даже не знаю, — смутился Капуш. — Наверное, они похожи на рыб только с ногами.
Таммина весело засмеялась, поразившись фантазии пушистого друга.
— Зря смеешься, — слегка улыбаясь, произнес Белый Единорог. — Возможно, он прав.
Таммина смолкла.
— Извините. Просто в моем представлении в Радограде живут такие же люди, как я, — пожимая плечами, сказала девушка.
— Осталось мне сказать, какими их представляю я, — посмотрел на друзей Белый Единорог.
— Какими же, — захлопала в ладоши девушка.
— Действительно, такие же, как ты, — с руками и ногами, — кивнул он в ее сторону, — с крыльями, как у меня, с мехом, как у Капуша.
Таммина улыбнулась, подумав, что она бы тоже не отказалась от крыльев.
— Долго мы еще тут будем гадать? Лучше пойти и посмотреть, — позвал друзей котенок.
— Ты прав, — кивнул Белый Единорог.
Друзья углубились в удивительный сад камней и растений. По дороге им то и дело попадались кораллы, форма которых, напоминала человеческие тела. Так и казалось, что сейчас один из таких кораллов поклонится им или подмигнет.
— Не удивляйтесь, — произнес Белый Единорог. — Их форма напоминает человеческую лишь потому, что когда-то давным-давно один из жителей Радограда вывел такой вид кораллов. На самом деле они такие же, как и все остальные.
— Откуда ты знаешь? И не говори, что опять догадываешься, — подозрительно посмотрел на него Капуш.
— Эту историю я слышал, когда еще жил в городе Чистюль, — ответил конь.
— Что еще ты знаешь? Расскажи нам все, — попросила его Таммина.
— Я не могу. Вы все должны увидеть сами, — отрицательно покачал головой крылатый друг.
— Но почему? — недоумевающе всплеснула руками девушка. — Разве от того, что я узнаю сейчас, может измениться что-то в будущем?
— Возможно, — кивнул Белый Единорог. — Наберись терпения. Осталось совсем недолго. Мы уже у ворот Радограда. Скоро все увидишь сама.
— Так и быть, — махнула рукой подруга. — Едем дальше.
Миновав сад, друзья оказались у высоких серебристых ворот. На них висел огромный замок, который можно было открыть и снять только великану.
— Как же мы войдем? Ворота закрыты, — огорчилась Таммина.
— Мы попробуем перелететь забор, — предложил Белый Единорог. Тут он взмахнул крыльями и поднялся до самого края высокой ограды. Лететь ему в воде было невероятно трудно, но он пытался изо всех сил оторваться от дна. И ему наконец-то удалось. Однако волны толкали коня и его седоков все время в сторону, отдаляя от ворот.
— Такое впечатление, будто это не волны, а ветер, — промурлыкал Капуш.
— Точно, — улыбнулась девушка и прижалась к Белому Единорогу. Капуш зарылся в сумку.
Пока они поднимались, девушка успела рассмотреть ворота и забор вблизи. Чуть ранее, когда они еще только подъезжали к городу, ей показалось, что ограда сделана из камня и металла. Но сейчас она увидела, что ограждение Радограда выстроено из мелких кусочков белого коралла, уложенного и скрепленного между собой серебристой глиной. Именно поэтому ворота отливали серебристым цветом. Когда же солнышко поднялось выше, и вода стала прозрачнее, Таммина убедилась в том, что они почти белые.
— Серый город в ночи, превращается в белый при дневном свете, — рассуждая вслух, произнес Капуш.
— Ничего странного. В темноте все серое, а при свете приобретает цвета, — заметила Таммина.
— Этот город меняет цвет не от света или его отсутствия, а от времени суток, — пояснил Белый Единорог. — Он, действительно, с приходом ночи сереет. И необходимо это для того, чтобы в темноте стать городом-невидимкой. Днем же он, наоборот, сияет во всем своем величии. Когда мы поднимемся на его улицы, что находятся поверх воды, вы это поймете сами. Я должен вас предупредить, что здесь многое скрыто от посторонних глаз.
— О чем ты? Я устала от твоих загадок и намеков. Говори яснее, — попросила Единорога девушка.
— Эти секреты не мои. Я не могу их вам поведать, — отрицательно покачал головой конь.
Разговор на этом прекратился. Друзья долетели до верхушки забора и вынырнули из воды. Оттуда они увидели улицы города, дома, клумбы и статуи, которых здесь было очень много, чуть ли не на каждом шагу. Они стояли хаотично и в разных позах: одни статуи сидели, другие стояли, третьи бежали или шли. Их каменные лица выражали разные эмоции: радость, счастье, безмятежность, задумчивость…
Белый Единорог осторожно, чтобы не задеть крыльями статуи, опустился на мостовую. Все облегченно вздохнули, соскучившись по земному воздуху. Только сейчас они поняли, как приятно дышать полной грудью. И хотя под водой дыхание их затруднено не было, все равно оно казалось не такое свободное, как на поверхности земли.
Таммина спрыгнула с коня и подошла к одной из белых статуй. Только она приблизилась к ее лицу, чтобы внимательнее рассмотреть, как статуя зашевелилась и моргнула. После удивленно уставилась на девушку.
Таммина взвизгнула от испуга и отпрянула. Когда она оглянулась, то увидела, что все статуи ожили и окружили их.
— Что вам здесь нужно? — обратилась к ним одна из оживших статуй.
— Мы пришли… — девушка хотела было сказать, что к Мистеру Тальфусу, но не решилась. — Мы обычные путники. Хотели бы посмотреть столицу нашей страны.
— Ясно, — улыбнулась статуя. — Мы всегда рады гостям. Добро пожаловать в Радоград.
— Спасибо, — улыбнулась и Таммина. — А скажите, пожалуйста, где жители этого города?
— Мы и есть Радоградцы, — усмехнулась статуя. — Меня зовут Плиин.
— А… — начала Таммина и хотела уже спросить о том, каким образом Плиин из статуи превратился в живое существо, как тот ее перебил:
— Тебя удивило, что мы похожи на статуи? — осмотрел он своих друзей. — Мы не каменные. Мы такие же люди, как ты. Просто в первые минуты восхода мы замираем для того, чтобы получить от солнца энергию, дающую нам силы. Мы выходим из домов и ждем питательных лучей. После весь день занимаемся делами и не тратим время на пищу и сон.
Пока Плиин говорил, путники хорошенько успели рассмотреть жителей столицы. Они были такого же роста, как Таммина. Единственное, что их отличало от людей, это их четыре руки. Две руки, ничем не отличались от рук Таммины, а две другие, которые были на спине, соединялись с туловищем перепонками, что делало их похожими не то на крылья, не то на плавники. Их тела, даже лица, покрывали мелкие белые перышки. Длинные белые косы, у каждого не меньше десяти, были скручены на головах в кольца, из серединки которых выглядывали перламутровые жемчужины. Глаза жителей города были нежно голубого цвета с густыми синими ресничками. Губы их и ногти тоже имели синеватый оттенок. Они не носили никаких одежд.
Когда Плиин закончил говорить, жители города начали расходиться. Скоро Белый Единорог, Таммина и Капуш остались на улице только с Плиином. Он стоял рядом и ждал новых вопросов гостей, но те молчали.
— Приглашаю прогуляться по Радограду. Уверен, вам здесь понравится, — сказал он и пошел по узкой улочке. Путники последовали за ним.
Улицы города напоминали кольца и наслаивались друг на друга, образуя разные уровни. По ним, как по спирали, можно было подняться до самых куполов. Двухэтажные дома города, что плотно стояли друг к другу, были из белого камня. Небольшие квадратные оконца отражали солнечнее лучи. Крыши домов тоже покрывала белая черепица, украшенная коричневыми ракушками. Мостовые были выложены мелкими кораллами, среди которых виднелись красные рубины, желтые цитрины, розовые кварцы, зеленые изумруды, фиолетовые аметрины, голубые топазы… Драгоценные камни поблескивали на солнце и искрились.
— Такие красивые камешки и под ногами, — удивилась Таммина.
— Ничего, кроме любви, не имеет ценности, — ответил Плиин.
Девушка оглянулась на Капуша и Белого Единорога. Как же она их сильно любила. Точно бы не променяла ни на какие камни.
Друзья, молча, шли вверх по улице. Жители столицы спешили по своим делам. Они то и дело проходили мимо, не обращая особого внимания на гостей. Когда путники поднялись под самые облака, и до куполов осталось совсем чуть-чуть, Плиин вдруг взмахнул руками-крыльями и взмыл в небо. Его белое тело вдруг поменяло цвет и стало золотистым.
— Так и знала, что они летают, — воскликнула Таммина.
— Кстати, еще перед городом ты говорил нам, какими представляешь себе его жителей. Они ведь такие и есть, правда, вместо шерстки у них перышки. Признайся, ты знал, как выглядят радоградцы? — покосился на Белого Единорога Капуш.
— Нет. Но я догадывался, что это должны быть люди, в которых собраны лучшие качества всех других жителей Талантоландии, — пояснил конь.
— Да, ты прав. Я раньше и не задумывался, что столица такая и должна быть. Чтобы все ее жители могли чувствовать себя в ней как дома. Часть города под водой для гостей из подводного мира, часть здесь, чтобы такие, как мы, могли спокойно здесь находиться, а часть города в облаках, как раз для птиц, что живут в небе. Как здесь все мудро устроено, — восхитился Капуш.
— Я уверен, есть и подземная часть города, потому что и там кто-то живет, — предположил Белый Единорог.
— Возможно, — поддакнул котенок.
Пока Плиин парил в небе, друзья поднялись еще на один уровень и оказались на небольшой площадке, где было пусто и тихо.
— Здесь, наверное, устраиваются торжества, — осматриваясь, сказал Капуш.
— Да! — подтвердил Плиин, который бесшумно к ним приземлился. Тело его опять стало белым.
— А вы и плавать можете? — спросила его Таммина.
— Конечно. Хотите увидеть? — улыбнувшись, он подставил свою спину девушке. — Обними меня. Сейчас я кое-что тебе покажу.
Таммина немного смутилась, но прижалась к Плиину и обняла его за шею. Плиин вспорхнул и полетел. Но не вверх, а вниз. Прямо к океану. Видя, как быстро приближается поверхность Всерейна, девушка задержала дыхание. Сердце ее бешено застучало, но не от страха, а от восторга.
У самой воды Плиин сложил руки вдоль своего тела и нырнул. Таммина зажмурила глаза. Теплая вода ударила в лицо.
Когда она решилась открыть глаза, увидела, что они плывут. Плиин работает руками, как плавниками, а тело радоградца на этот раз стало голубого цвета. Скорость он развил невероятную. Водоросли, кораллы мелькали перед глазами так, что невозможно было даже их рассмотреть.
— Ого! Как ты быстро плывешь, — восхитилась девушка.
— Это что, — сказал Плиин и поплыл еще быстрее.
Покружив под водой возле Радограда, Плиин направился вверх. Вынырнув из воды, он сразу же полетел.
— Вот бы мне так, — сказала она, когда Плиин донес ее до площади, где их ждали Белый Единорог и Капуш.
— Почему ваше тело меняет цвет? — смущаясь, спросила Таммина Плиина.
— Это зависит от того в каком пространстве мы находимся. Под водой наше тело синеет, приобретая цвет волны, на земле — белеет, как снег, а в небе, приближаясь к солнцу, желтеет. Всему есть свое объяснение. Мы — люди-унмудры, то есть совершенные люди, — ответил Плиин.
— А если вы такие совершенные, почему же не уберегли правителя от чар Крахмора? Почему до сих пор Водоед качает воду со всей Талантоландии? — вдруг выпалил Капуш.
— Мы не воины. Победить Крахмора, можно только убив его. Вместе с его гибелью разрушится и его колдовство. Погубить колдуна можно только пустив его кровь, а мы создания любви. Мы не можем причинять зло даже злу, — спокойно ответил Плиин.
— Ага. Нужно искать борца, который бы сделал все грязное дело, — не унимался Капуш.
— Малыш, прекрати, — попыталась успокоить маленького друга Таммина. Ей было за него неловко.
Капуш замолчал и спрятался в сумку.
— Он имеет право сердиться. Действительно, Талантоландию должен спасти кто-то другой, — тяжело вздохнул Плиин.

Глава 19
Турнир
Великие начинания даже не надо обдумывать.
ЮЛИЙ ЦЕЗАРЬ

Покинув площадь, друзья направились к небольшой беседке увитой белыми розами. Там их уже ждал накрытый стол. Фрукты и ягоды лежали в красивых серебряных блюдах, рядом с которыми стояли бокалы с водой. Для Белого Единорога вода стояла в глубокой чаше.
— Ты к нам не присоединишься? — спросила Таммина Плиина, когда тот, рассадив их, поспешил удалиться.
— Мы питаемся солнечной энергией. Я уже это говорил, — улыбнулся Плиин. — Необходимости в другой пище у нас нет.
— Получается, вы никогда не испытываете чувство голода? — произнес Капуш.
— Да. Голод нам не знаком. Но то, что другим для жизненных сил нужно есть, мы отлично помним. Этот стол для вас. Кушайте на здоровье, — внимательно посмотрел на них Плиин, а потом вышел из беседки. — Вы меня извините, пожалуйста, но сейчас я должен удалиться. Через полчаса я вернусь.
— А куда ты торопишься? — поинтересовалась Таммина.
— Сегодня вечером у нас намечается турнир. Нужно подготовиться, — ответил радоградец.
— Какой турнир? — удивился Капуш.
— Из разных уголков нашей страны прибыли воины. Сегодня они будут соревноваться между собой для того, чтобы выяснить, кто из них самый отважный, сильный и мудрый. Выигравший сегодня отправится к Крахмору и будет бороться с ним за Талантоландию, — ответил Плиин.
— Странно, но за все время, что мы здесь, никого кроме радоградцев не увидели. Где все воины? — окинув город взглядом, обратилась к Плиину Таммина.
— Они ночевали в Башне Воинов. Скоро прибудут сюда! — указал на площадь Плиин.
— Нам можно присутствовать? — подпрыгнул от радости Капуш. Ему очень хотелось посмотреть на соревнования.
— Конечно! — подмигнул ему Плиин и побежал к Башне Воинов, чтобы помочь рыцарям со сборами.
Друзья, оставшись одни, принялись за угощение.
— Интересно, а в каких покоях находится правитель Талантоландии? — откусывая яблоко, довольно промурлыкал Капуш.
От его слов Таммина вздрогнула. Ее саму мучил этот же вопрос, но вслух его она произнести стеснялась.
— Почему ты не спросил у Плиина? — тихонько заговорила она.
— Забыл, — отмахнулся котенок и взялся за грушу.
— Он, скорее всего, находится в центральной башне, — кивнул Белый Единорог в сторону самой высокой башни с огромным куполом, на котором возвышался белый флаг с изображением солнца.
Подкрепившись, друзья покинули уютную беседку и вернулись на площадь. Там как раз начали собираться жители столицы и ее гости. Рассматривая воинов, Таммина удивлялась тому, насколько их страна богатая и разнообразная интересными и необычными жителями. В первую очередь девушка обратила внимание на великана, сидевшего в центре площади и тяжело дышавшего от сильной жары. У него было четыре глаза, которыми он хлопал поочередно. Два рта, которыми он мог одновременно говорить. Одним ртом он ворчал и ругался, а другим улыбался и шутил. Понять его можно было только, когда один из его ртов молчал.
Возле великана стояло существо очень на него похожее, только пониже. Это был Двутел. Сначала Таммина ничего особенного в нем не заметила, но когда это существо вдруг разделилось на две части, девушка даже охнула. Первая часть существа с одним глазом, половинкой рта, рукой и ногой взялась подпрыгивать, а другая половина туловища одной рукой подхватила гнома, что стоял чуть в сторонке, и принялась его поднимать вверх. Как поняла Таммина, Двутел таким образом тренировался. Гном, которого то поднимали, то опускали вниз, даже не пикнул. Видимо, он был привычен к таким гимнастическим упражнениям. После Двутел опять соединился и стал одним целым.
Были здесь и другие гномы в доспехах и с мечами. Они мирно стояли на краю площади и тихонько беседовали. Их длинные кучерявые бороды время от времени тряслись от безудержного смеха. Эти ребята хоть и были малы ростом, но отсутствием смелости и отваги не страдали.
Тролли же с длинными руками, державшие тяжелые дубины, были страшны. Их острые клыки торчали изо рта и наводили ужас на окружающих. Красные глаза бегали туда-сюда и разглядывали всех присутствующих. Казалось, что тролли пришли не соревноваться, а выбирать себе жертву. Настолько сильно их взгляды и поведение сквозили злобой.
Скоро на площади появились и два рыцаря. Люди были одеты в тяжелые доспехи, лица их прикрывали шлемы с красными высокими перьями. Черные лошади, на которых восседали воины, покрыты были черными попонами из кожи, а сверху — накидками из золотой нити с изображениями странной символики.
За ними следом появился и огромный викинг. Он был одет в шерстяную рубаху, мешковатые штаны и обтягивающие чулки. Его длинные рыжие волосы никогда не знали расчески. Они клоками торчали в разные стороны, что придавало воину еще более свирепый вид. Викинг для такого солнечного дня слишком тепло нарядился, но жара ему, похоже, была нипочем. Несмотря на то, что капельки пота струились по его лицу, выглядел он бодро и грозно. В правой руке он держал огромную секиру с широким лезвием, а в левой — тяжелый шлем с рогами.
За час на площади собралось столько народа, что протолкнуться стало невозможно. Таммина и ее друзья опять вернулись в беседку и оттуда наблюдали за событиями. Хорошо, что место, где они находились, было на некоторой возвышенности и все, что происходило на площади, они хорошо видели.
Когда Плиин объявил о начале турнира, участники выстроились в ряд. Желающих посоревноваться и после сразиться с Крахмором собралось очень много. Таммина разглядывала храбрецов. Ей хотелось увидеть знакомые лица. Она помнила, что великан Родригес тоже направлялся сюда побороться с Водоедом. Но сейчас его здесь не было. Что с ним могло случиться? Передумал ли он или Водоед уже его проглотил?
После того, как герольды зачитали имена всех участников, на площадь вышли прекрасные девушки и под красивую музыку закружились в танце. Их прозрачные разноцветные платья украшал жемчуг, а длинные кудрявые волосы — золотая нить. Зрители и воины, не отрываясь, любовались прелестными танцовщицами.
И вот начался турнир. Зрители расселись по специально установленным палаткам и ложам. На минуту все затихло. Высокий худощавый герольд объявил о первом состязании, где все участники должны были доказать свою силу.
В центр площади на длинной телеге вывезли огромный камень, который предложили воинам поднять и пронести вдоль зрительских лож. По очереди воины поднимали тяжелый булыжник. Их руки дрожали, по их телам струился пот, они натужно кряхтели, но камень подняли почти все. Даже маленькие гномы не уступали в силе великану. Как радовались те, кто уже прошел испытание, любо было смотреть. Они, громко крикнув, бросали на землю камень, так что сотрясался город, и вызывающе смотрели на зрителей. Те, в свою очередь, выкрикивали слова восхищения и аплодировали, чем придавали воинам сил для дальнейшей борьбы.
Во втором состязании воины рубились на мечах. Вот на площадь вышел Двутел и гном по имени Кланг. По размерам они, конечно, не подходили друг другу. На первый взгляд можно было подумать, что гному не одолеть такого огромного противника. Но на деле вышло наоборот. Двутел все раздваивался, пытаясь перехитрить гнома и с двух сторон на него нападать. Однако гном был быстр и гибок. Пока Двутел перекидывал меч из одной руки в другую, гном его ранил. Двутел выронил свое оружие и, охая, упал на землю. Другие гномы издали вопли радости, выскочили на площадь и взялись подкидывать своего друга на руках. Победителей в этом состязании оказалось немного, но остались самые умелые и ловкие.
Наступил черед третьего состязания. Оставшимся воинам предложили выстрелить из лука по движущейся мишени. По очереди на площадь выходили борцы. Раскланявшись во все стороны и произнеся молитву, они брались за лук, целились в снежинку, которую с облаков отпускал Плиин, и стреляли. Попасть в мишень нужно было еще до того, как она растает под палящими лучами солнца. Сколько бы воины не пытались, никому не удавалось попасть в снежинку. У кого не хватало меткости, у кого зрение было не таким острым, как требовалось, у кого еще что. Зрители грустнели с каждой минутой. Неужели никто не попадет? Неужели нет среди воинов того, кто отправится к Крахмору и одолеет его?
В одну из таких попыток, стрела тролля попала, но не в снежинку, а в Плиина. Радоградец, прижимая рукой рану, камнем полетел вниз. Зрители встали на трибунах и с громкими возгласами следили за раненым. Сердце Таммины чуть не выпрыгнуло из груди от страха. Она выбежала из беседки и направилась к краю площади, куда и упал Плиин.
К счастью, двое радоградцев на лету поймали его и отнесли в беседку, где находились Капуш и Белый Единорог. Скоро туда вернулась и Таммина. Она с большой любовью принялась ухаживать за Плиином. Оторвала от своего белого плаща узкую полоску и перебинтовала грудь друга. Слезы катились из ее глаз, пока она вытирала алую кровь, что текла по телу Плиина.
Тролля тем временем схватили и повели в подводную часть города.
— Я не виноват. Я не виноват, — кричал он и сопротивлялся. Но два великана крепко держали его и продолжали вести вниз.
— Что с ним будет? — сквозь слезы спросила Таммина двух радоградцев, стоявших возле беседки.
— С кем? С Плиином или с троллем? — уточнил один из них.
— С Плиином и, — помолчав минуту, добавила Таммина. — с троллем.
— Наш друг поправится. Мы не дадим ему погибнуть, — уверил девушку радоградец, а вот тролля поселят пока в подземную часть города. Ему там будет неплохо, ведь подземелье – это их родной дом. Его научат, как вести себя правильно и все. Не переживай, здесь никто никого не наказывает. У нас другие методы борьбы со злом.
Толпа успокоилась. На площадь вышел герольд и объявил, что победителя нет. Никому из присутствующих так и не удалось попасть в снежинку.
— Ждите. В скором времени будет объявлен новый турнир. Будем ждать других воинов и среди них искать самого лучшего! — крикнул зычным голосом герольд.
Ропот разнесся по толпе.
— Нет у нас времени ждать. Нужно сегодня найти самого лучшего, — выкрикивали одни.
— Скоро Водоед опустошит нашу страну, тогда нам вообще не жить, — перебивали их другие.
— Да неужели во всей Талантоландии не нашлось ни одного, кто бы мог сразиться с колдуном, — со слезами на глазах вопили третьи.
Слушать крики собравшихся было невозможно. Но Таммина слушала. Сердце ее сжималось от боли и обиды. Она помнила весь свой путь к Радограду и все, что говорили ей те, кого она встречала.
— Я хочу выстрелить из лука! — выкрикнула она.
— Ты? — выпучил глаза Капуш. — Ты же лук-то в руках не держала.
Все, кто был на площади, удивленно посмотрели на хрупкую девушку.
— Куда тебе? Ты и тетиву натянуть не сможешь, — выкрикнул из толпы Двутел.
— Да причем здесь натянет она или нет. Вы посмотрите – это же девушка. Не женское дело в турнирах участвовать и с мужчинами тягаться, — прокричал великан.
Толпа заволновалась и отвернулась от Таммины, подумав, что она просто пошутила.
— Я хочу выстрелить из лука! — еще громче крикнула девушка.
Толпа замерла. Все внимательно на нее посмотрели.
— Да чего вы. Пусть стрельнет. Все равно не попадет, — махнул рукой гном в красной шапочке.
— А и, правда. Пусть стреляет. Позабавимся хоть, — засмеялся его друг в зеленой шапочке.
— Лук-то у вас есть? — подошел к ней один из рыцарей.
— Нет, — замялась девушка.
— Возьмите мой, — предложил он ей и снял шлем. Таммина увидела добрые голубые глаза, мягкую улыбку и белокурые волосы.
— Спасибо, — засмущавшись, взяла она лук и стрелу.
Осторожно ступая, девушка направилась к центру площади. Все смотрели на нее и ничего не говорили. С любопытством и легкой усмешкой провожали они ее взглядом.
Когда на облака взлетел юный радоградец и приготовился отпустить снежинку, Таммина закрыла глаза. В одну минуту она представила, как ее стрела попадает в мишень. В ту же секундочку мраморное сердце на ее груди вспыхнуло и погасло. Никто, даже Таммина, этого не заметил. В следующую секунду Таммина подняла лук, натянула тетиву и выстрелила.
Толпа разом охнула. А в небе раздался легкий холодно-хрустальный звук. Будто разбилось маленькое стеклышко.
— Она попала! Ура! — закричал радоградец.
Спустившись, он подал стрелу девушке. На наконечнике виднелась капелька воды. След от растаявшей снежинки.
— Это невероятно. Такого не может быть, — понеслось по толпе. — Как же она будет сражаться с колдуном? Она же девушка.
— Значит, так должно быть! — подошел к ней старец, который до этого, молча, наблюдал за событиями. — Если она сделала то, что не смогли сделать лучшие воины, то и с Крахмором она справится.
— Верно! — счастливо заговорили присутствующие и принялись обнимать друг друга. Они радовались так, будто с колдуном уже было покончено.
Таммина стояла в замешательстве. Она действительно до этого никогда не стреляла из лука, а тут с первого раза попала в мишень. «Как у меня это получилось?» — думала девушка и переводила взгляд с одного на другого.
— Похоже, она сама не верит своей победе, — заметив ее недоумение, засмеялся стоявший рядом с ней гном.
Тут же на площадь опять вышли прекрасные девушки и станцевали в честь победительницы веселый танец. Некоторые воины, не удержавшись, пустились с ними в пляс. Другие же так огорчились своему проигрышу, что ушли в подводную часть города, чтобы там обдумать последние события. Ведь каждому из воинов хотелось быть победителем и потягаться с Крахмором. Одни силе девушки не доверяли и считали ее победу сегодня просто невероятной случайностью. Другие так мечтали оставить славную память о себе и своих подвигах, что лучшего, чем погубить Крахмора и отличиться, не придумали. Сейчас им тяжело было осознавать, что в истории сохранятся не их имена, а имя какой-то девчонки. Впрочем, Крахмора-то она еще не одолела и одолеет ли? Такое обстоятельство их немного утешало. Может, им еще представиться случай показать себя.
Таммину тем временем громогласно провозгласили победительницей, сказав, что все надежды с этой минуты полагают только на нее.
— На днях вы отправитесь в поход к замку Крахмора! — подошел к ней один из рыцарей. — Кого вы возьмете с собой? Одной отправляться в такой путь опасно.
Таммина вернула лук рыцарю и посмотрела на него долгим взглядом.
— Со мной пойдут мои друзья. Белый Единорог и Капуш! — кивнула в их сторону девушка.
— И я пойду с тобой! — сказал Родригес, который неожиданно появился рядом с ней.
— Родригес? Как ты здесь? Откуда? — обрадовалась Таммина и весело засмеялась.
— Я так спешил. Так спешил. Но все равно опоздал, — краснея, пролепетал великан. В океане меня задержала одна изумительно-симпатичная русалка.
Тут уже засмеялись Белый Единорог и Капуш.
— Я тоже с вами! — пропищал сверху тонкий голосок.
Таммина и ее друзья подняли головы. Над ними парил дирижабль, из которого выглядывал Мань-Тунь-Пань.
— И ты здесь? Когда ты прилетел? — удивилась девушка.
— Только что, — улыбнулся малыш. Легко управляя своей чудо-техникой, Мань-Тунь-Пань приземлился на краю крыши беседки. Оттуда легко спустился по кусту роз вниз.
— Вот мои верные друзья и помощники! — улыбнулась девушка рыцарю. — С ними мне ничего не страшно.
— Вам повезло! Настоящие друзья — на вес золота, — и покосился сначала на великана, а после на малыша, что бегал под ногами.
— Это нам с ней повезло! — хором ответили великан, малыш, котенок и Белый Единорог.
Друзья обнимались и радовались, что судьба их снова свела вместе. Капуш крутился вокруг Таммины больше остальных, ему не терпелось спросить у подруги, как ей удалось попасть в снежинку, но при всех не решался.

Глава 20
Мистер Тальфус
Счастье любви — в действии: любовь проверяется готовностью делать для других.
ЛЬЮ УОЛЛЕС

Плиин поправился очень быстро. Уже на следующее утро он пришел к Таммине, которая вместе с друзьями устроилась в одной из башен на площади.
— Мы, люди-унмудры, не зря называемся совершенными. В отличие от других, мы сами себя лечим с помощью силы мысли.
— Удивительно. Почему же вы остальных жителей Талантоландии этому не научите? — спросила его Таммина.
— Мы никогда никому не отказываем в учении. Все, кто хочет, приходит сюда. Совершенствуется и становится одним из нас, — улыбнулся радоградец. — Однако не все желают становиться как мы.
— Но почему? — недоумевала девушка.
— Это большой труд и терпение. Далеко не все готовы пройти путь от простого к совершенному. Кому-то мешает лень, кому-то страх, а кому-то равнодушие, — пояснил Плиин.
— Я бы хотела научиться! — быстро заговорила Таммина и внимательно посмотрела на друга.
— Сейчас для тебя самое главное путешествие к Крахмору. После того, как его не станет, возвращайся к нам. Мы тебя всему научим! — уверил ее радоградец.
— Хорошо. Спасибо, — обрадовалась она.
В тот момент, когда девушка благодарила Плиина, небо почернело.
— К нам летят черные птицы Чжаки. Крахмор все знает. Он тебя ищет, — тревожно посмотрел на Таммину радоградец.
Таммина выглянула в окно. На небе, громко крича, кружили птицы. Их черные стрелы градом летели на город. Все, кто был на улице, спешили в укрытие. Девушка заметила, что несколько гостей, недавно прибывших сюда, ранены и пытаются спрятаться. Несколько радоградцев кинулись им на помощь. И, несмотря на то, что стрелы черных птиц Чжаки вонзались в их белые незащищенные тела, продолжали тащить других раненых. Таммина, испугавшись увиденному, отпрянула от окна.
— Вы правы. В первую очередь мир в нашей стране, а уже после мысли о себе, — громко произнесла девушка, но замявшись на секундочку, тихо сказала: — Перед тем, как покинуть Радоград, я бы хотела увидеться с нашим правителем. Это возможно?
— Конечно! Ты – победительница турнира! Перед тобой здесь открыты все двери, — ласково посмотрел на нее Плиин.
Щеки Таммины заполыхали румянцем.
— Я тоже пойду с тобой! — запрыгал Капуш.
— К Мистеру Тальфусу Таммина пойдет одна, — спокойно произнес Белый Единорог.
— Пойдем. Я тебя провожу, — взял за руку девушку Плиин.
Вместе они вышли из башни. Черные птицы Чжаки уже улетели, оставив после себя на площади и улицах города много своих стрел. Сейчас радоградцы и гости города, склонив головы и горько вздыхая, ходили и собирали стрелы-перья в мешки.
Плиин привел Таммину к самой высокой башне, что была в городе. Именно о ней говорил Единорог, когда предполагал, что именно в ней и живет правитель Талантоландии.
— Дальше иди одна! В башне правителя только один коридор. Так что не заблудишься, — улыбнулся Плиин и, развернувшись, зашагал прочь.
Девушка, на минуту замешкавшись, с замиранием сердца потянула холодную металлическую ручку на себя. Тяжелая дверь из белого дуба с тихим скрипом отворилась.
Таммина вошла. Перед ней раскинулась винтовая лестница из белого крепкого травертина. Когда она поднималась по ступенькам, белый камень слегка похрустывал под ногами. От чего Таммине даже показалось, что она идет по снегу.
Поднявшись по лестнице, девушка оказалась в большом просторном зале. Вдоль белых стен стояли узкие аквариумы в виде овальных колонн, внутри которых плавали маленькие синие блестящие рыбки. Таммина их сразу и не заметила. Только приблизившись, она увидела, что рыбки были квадратной формы, пухлые и размером всего-то с ноготок. Наклонившись к ним, девушка услышала, как рыбки беседуют. Правда, разобрать их слов Таммине не удавалось. Рыбки говорили одновременно и о разном.
Рассмотрев аквариумы, Таммина обратила внимание на дерево, что стояло в середине комнаты. Девушка подошла к нему и увидела, что все его листья разных форм, размеров и цветов. Но это еще не было самым удивительным. На нем сразу росли все фрукты и ягоды. Вот на одной из веточек Таммина увидела оранжевый апельсин, рядом с ним фиолетовую сливу, поверх которой свисала гроздь зеленого винограда. Кроме известных фруктов и ягод, зрели на ветках дерева и незнакомые ей фрукты. Все они выглядели очень аппетитно. Девушке захотелось сорвать красную клубничку и попробовать. Она вспомнила свой маленький сад на острове Перламутровых Валунов и на нее накатила грусть.
— Добрый день! — вдруг раздался рядом с ней приятный мужской голос. И из-за дерева ей навстречу вышел сам Мистер Тальфус.
Таммина открыла рот от удивления. Он был точно таким же, как она его видела в своем видении. Его голубые глаза на этот раз не были суровы, как она видела их в подзорную трубу. Сейчас они излучали добродушие.
— День добрый! — смущаясь, произнесла девушка.
Сердце ее бешено застучало. Она поняла, что полюбила этого человека с первого взгляда и на всю жизнь.
— Что ты, милая? Ты испугана? Чем? — улыбнулся Мистер Тальфус.
— Мне говорили, что вы околдованы чарами Крахмора и спите сейчас, — почти прошептала девушка.
Мистер Тальфус нахмурился. Поправил свои белокурые волосы, одернул золотой костюм и посмотрел на дерево.
— Хочешь попробовать? — предложил ей правитель Талантоландии и сорвал с куста красное яблоко.
Таммина не отказалась. Она взяла спелый фрукт, но надкусить его не решалась.
— Что привело тебя ко мне? — крутя в руках авокадо, спросил ее Мистер Тальфус.
Рассказать, что она отправилась в путешествие, потому что когда-то давно увидела его в своем видении и мечтала найти, Таммина стеснялась.
— Я хотела у вас спросить совета, — тихонько сказала она, первое, что пришло в голову.
— О чем? — обернулся к ней правитель Талантоландии.
Таммина помолчала. Она разглядывала аквариумы с рыбками и думала. На самом деле ей очень хотелось спросить о том, как ей, хрупкой девушке, одолеть Крахмора, но тоже стеснялась. Переведя взгляд на Мистера Тальфуса и встретившись с ним глазами, она почувствовала во всем теле жар, будто у нее подскочила температура. Он смотрел на нее по-особенному нежно, с большой любовью. Таммина опустила глаза. Щеки ее зарумянились. Сердце застучало еще сильнее. Ей даже подумалось, что правитель может догадаться о ее мыслях и от этого даже задрожала.
— Мне нужен лук. Самый лучший. Может быть, вы знаете, где его взять? — вдруг выпалила девушка, вспомнив, что у нее есть стрела с хрустальным наконечником, но нет лука.
Мистер Тальфус улыбнулся и отвел взгляд.
— Самый лучший лук находится в подземной части Радограда. Тебе придется потрудиться, чтобы он стал твоим, — задумчиво ответил правитель.
— О чем вы? — внимательно посмотрела на него девушка и на этот раз повысила голос.
— Нужно будет спуститься очень глубоко. Там почти нет воздуха, совсем нет света и тепла. Кроме того лук хорошо охраняется, — пояснил Мистер Тальфус.
— Я найду его! — уверенно произнесла девушка.
— Не сомневаюсь, — загадочно улыбнулся ей правитель.
— А кем охраняется оружие? — поинтересовалась Таммина.
— Монстром Крахмора, в котором соединены все ужасы, какие существуют в мире, — вздохнул Мистер Тальфус.
— Но он же не может быть ужаснее и сильнее самого колдуна? — помолчав, спросила она.
— Нет. Крахмор никогда бы не создал кого-то могущественнее себя, — покачал головой правитель.
— Значит, мы должны с ним справиться, — сказала Таммина.
— Должны, — согласился с ней Мистер Тальфус.
— А почему лук находится под Радоградом, а не где-то возле замка Крахмора? — удивилась девушка.
— Все просто. Еще когда строилась столица нашей страны, а это было миллиарды лет назад, Крахмор уже мечтал стать его владыкой. И еще тогда он спрятал лук под Радоградом, надеясь в будущем вечно жить с ним рядом. Но, спустя года и века, он так и не смог поселиться здесь.
— Ему так много лет? — открыла она рот от удивления.
— Как и мне, — улыбнулся правитель. — Не мало.
Девушка слушала правителя и понимала, что ей очень нравится его приятный ласковый голос, его спокойствие и уверенность. Девушка смотрела на собеседника и не замечала его сонного состояния. «Зачем все говорят, что он спит? Зачем обманывают?» — думала девушка. Мистер Тальфус тем временем сорвал апельсин, почистил его и положил одну дольку в рот. По комнате понесся сладковатый апельсиновый аромат.
Правитель посмотрел на Таммину.
— Почему ты не ешь яблоко? Не нравится? — спросил он ее, а затем сорвал с дерева еще один апельсин и протянул ей: — Попробуй этот фрукт. Очень сочный и сладкий.
Девушка поблагодарила Мистера Тальфуса и тоже очистила от кожуры апельсин. Положив одну дольку в рот, она почувствовала, что кушает самый вкусный апельсин, который ей когда-либо доводилось есть.
— Удивительно, что на одном дереве сразу растут все фрукты и ягоды. Я такого раньше не встречала, — сказала она, обходя дерево и рассматривая его.
— А такого больше нигде и нет. Оно одно, — улыбнулся правитель.
— Почему? Хорошо бы такие росли в каждом саду, — мечтательно произнесла девушка.
— Хорошо бы, — опять как-то загадочно и странно улыбнулся правитель.
— А что за рыбки в аквариумах? — спросила его Таммина.
— Рыбки? — правитель подошел к одной овальной стеклянной колонне. — Это мои мысли.
— А о чем они все время говорят? — покосилась на синих маленьких рыбок девушка.
— Рыбки-мысли рассказывают то, о чем они и по какому поводу родились, — улыбаясь, пояснил Мистер Тальфус.
Таммина прошлась вдоль стены. Зал, в котором они находились, был огромен. Аквариумов стояло очень много, а рыбок в них еще больше. Рыбки сновали туда-сюда в голубой воде и все говорили и говорили.
— А вы не боитесь, что кто-то захочет узнать ваши мысли? Проберется сюда и подслушает рыбок, — остановилась возле одного из аквариумов девушка.
— Это невозможно, — добро засмеялся правитель. — Вы сами разобрали хоть одно их слово?
— Нет, — с легким сожалением произнесла она.
— А почему так грустно? Вы бы хотели знать, о чем я думаю? — слегка усмехаясь, спросил правитель.
— Что вы? Нет, — спохватилась Таммина.
Она испугалась, что Мистер Тальфус догадается о ее желании узнать, что он думает о ней.
Правитель весело засмеялся и вернулся к дереву. Он любовно оглядывал его веточки и поправлял листочки.
— Тебе пора идти, — как бы между прочим, произнес он.
— Да. Да. Простите. Я итак отняла у вас много времени, — быстро заговорила девушка. — Да и друзья уже, наверное, заждались.
Мистер Тальфус шагнул к девушке и, пожав ей руку, сказал:
— Желаю удачи. Буду с нетерпением ждать твоего триумфального возвращения!
Таммина смутилась.
— Я постараюсь сделать все, что от меня возможно, — не выдержав пристального взгляда правителя, опустила она глаза.
— И невозможное тоже… — добавил он.
— Хорошо. Спасибо вам за добрые пожелания. Я вас не подведу, — уверила правителя Таммина, а после резко развернулась и направилась к лестнице. Быстро спустившись по ней, она выбежала на улицу. Глубоко вдохнув свежий воздух, девушка только здесь начала успокаиваться. Голова еще слегка кружилась, но сердце стучало уже тише.
— Как поговорила с правителем Талантоландии? — спросил ее Плиин, который уже ее ждал.
— Хорошо! — ответила девушка. — Он же совсем не спит. Зачем вы всех обманываете?
Плиин улыбнулся.
— Лгать мы не умеем. Он, действительно, крепко спит, — спокойно ответил радоградец.
— Я видела его, как тебя сейчас. Мы разговаривали, — упрямилась Таммина.
— Не знаю, что ты там видела. На самом деле комната в башне белая и пустая. В середине стоит ложе с плотным пологом. Там и спит наш правитель. Сон его очень крепок.
— В зале, что я была… — недоумевая, начала рассказывать Таммина.
— Подожди. Не говори, что ты видела, — остановил ее Плиин. — Несмотря на то, что Мистер Тальфус крепко спит, он все равно сопротивляется колдовству Крахмора и во сне может с нами общаться. То, что ты видела, было его сном. В своем сне он бодр и весел. Так он общается с нами, дает советы и поддерживает. Все, что он говорил тебе, правда.
— Я была в его сне? — удивилась девушка и отвернулась от Плиина. Минуту спустя она спросила:
— А почему, если он радоградец, выглядит совсем не так, как вы?
— Наш правитель самый совершенный. Он единственный может перед каждым из нас является в том виде, в котором мы его хотим видеть. Вот и перед тобой он предстал таким, каким ты его себе придумала еще до встречи с ним, — улыбнулся Плиин.
— А как же он выглядит по-настоящему? — тихонько спросила она.
— Для каждого из нас он и есть, самый что ни на есть, настоящий! — уверил ее юный радоградец.
— А Мистер Тальфус будет помнить меня после того, когда проснется? — нерешительно спросила она.
— Как и ты, — многозначительно ответил Плиин.
Когда Таммина вернулась к друзьям, они, конечно же, поинтересовались о ее беседе с правителем Талантоландии. Девушка коротко все рассказала, напоследок добавив, что встречалась с Мистером Тальфусом в его же сне.
— Получается, что ты, как будто была в его голове? Ведь насколько я знаю, сны живут именно там, — воскликнул Капуш.
— Вроде того, — весело захихикала Таммина.

ЧАСТЬ I   , <—— ЧАСТЬ II ——>     ЧАСТЬ III, ЧАСТЬ IV, ЧАСТЬ V



Вы можете пропустить все до конца и оставить ваш ответ. Размещение обратных ссылок в настоящее время не допускается.

Оставить отзыв

*

code

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru